Ответов на эти вопросы она не знала, как и того, под каким предлогом тот тут находится – ей просто не говорили. И отец, и дед знали суть происходящего, но ей не говорили.
– Это не для твоих ушей, – говорил отец.
– Это секретная информация, не для всех, – отвечал дед.
И даже после того, как ей определили русского пленника как цель, все равно ничего не было понятно. На эти вопросы никто не собирался отвечать.
– Поступила информация, что он может быть таким же богатым женихом, как богата Мию Ичито. И пусть никто не знает всей сути, все родовые игроки начали двигаться в этом направлении. И только мы пока отстаем.
Изучив все материалы, которые находились по нему в базе данных, я поняла, что данный вопрос решаем, пусть и с трудом. Он ничем не интересовался, кроме боевых искусств. И стихия у него не та – у меня Огонь, а у него Молния.
Единственный плюс, он еще явно девственник, и общение с девушками у него обычно происходит по принципу «кто сильнее».
Сбор информации завершен, анализ произведен, можно было действовать.
Но оказалось, что проблема была еще и в количестве соперниц. Я видела многих родовых девушек, которые, как и я, получали домашнее образование и которые так или иначе оказались тут. Наверное, все из тех, кто еще был свободен и не имел жениха, были во дворце Огненного Дракона. И это был один из минусов – на парня имели виды, за ним следили, к нему подходили и пытались познакомиться, но он был весьма толстокож. Никто не мог пробиться сквозь его стену равнодушия.
Тогда у меня созрел план. И я его успешно реализовала, он не только был ошеломлен и растерян, но ему явно понравилось. Ступор и красные щеки выдавали его с головой, но тем не менее он остался в сознании и смог себя контролировать.
Это было удивительно, и это был факт, я видела, что ему нравится все, что он видит, но вел он себя отлично. Это был явно его первый опыт. Он даже согласился при следующей встрече пообщаться.
Я убежала на самом пике и должна была при следующей встрече показать себя просто паинькой, чтобы закрепить результат. И после этого он должен был искать меня в толпе. Нужно было создавать те самые доверительные отношения, которых у него нет. И занимать место в его жизни, пока это никто не сделал за меня.
Не тут-то было, если бы не братья, у меня вполне могли бы появиться основания попасть в целительское крыло. Другие роды восприняли мой прорыв в данном направлении очень негативно. Был жесткий разговор, в котором меня упрекали в попрании девичьей чести и клеймили, как позорящую клан. Кто бы что ни говорил, их единственной целью было не дать мне завоевать Арсения.
В итоге сошлись, что каждый делает, что и как пожелает, но при самом фигуранте никто не будет ссориться. Все будут пытаться его зацепить.
И если я думала, что у меня что-нибудь получится, то я сильно ошибалась. На бедного парня открылась настоящая охота. И, наверное, самая вероятная цель этой охоты – не дать мне с ним пересечься. Арсений стал напоминать загнанную дичь. Он ждал подвоха ото всех. Теперь нормально работать с ним не получится. Мало того, что он стремится исчезнуть из столовой как можно быстрее, так еще и сама возможность встречи будет определенно представлена не так. Меня обязательно подставят. На его пути также постоянно кто-то попадался. А действовать, как эти дилетантки, мне претило.
И только тогда, когда он стал передвигаться, каждый раз меняя маршрут, план был придуман. Нужно было выбрать место и устроить засаду, но не такую, как делают остальные, со случайной встречей – это ничего не даст. Нужно было сделать нечто такое, чтобы он мне еще и помог, и почувствовал сопричастность ко мне, и ответственность за меня. Это мой шанс.
Вариантом был выбран учебный корпус. В том, что у других хоть что-нибудь получится, я не верила. Поэтому предположила, что он рано или поздно появится недалеко от этого места. Места тут были не самые оживленные, и мало кто сюда наведывался.
Даже заказала из дома небольшой кусок белого фосфора и пластмассы. Совсем недавно мы начали отправлять в Россию кое-какие наборы из фосфора – светящиеся звездочки, выключатели, ручки и игрушки. Это все то, что раскупалось в первую очередь, и нужно было найти этому достойное применение.
Все было готово. Никто не знал об этом плане, ни родовые, ни знакомые, я ни с кем не делилась. На установленной камере было точно видно, как он несется по тропинке. Это был мой шанс, но готовясь к представлению, я совсем забыла про бдительность.
Чей-то удар прямо под лопатку бросил меня лицом в стену, и я потеряла сознание. В себя пришла от едкого дыма, который проникал в грудь и не давал вздохнуть. Я не могла встать, я только пыталась ползти, пока кто-то не схватил меня за руку. Потом все ощущалось, как в полубреду.
Окончательно же я пришла в сознание только в больнице.
Рядом уже были отец и дед. Глаза у каждого из них выражали грусть и печаль. Конечно, по их лицам вряд ли что можно было прочесть посторонним, но я знала их слишком хорошо.
