Инспектор корректности полностью

Александр – палеонтолог-теоретик.

Анна – его жена.

Лиза – их дочь (девочка лет одиннадцати).

Спартак – палеонтолог-изыскатель.

Ассистенты – помощники Спартака /числом от четырех и более/.

Мужской голос /до поднятия занавеса в полной темноте произносит слова из апокрифа от Филиппа/. «Ибо, пока корень зла скрыт, оно сильно. Но если оно познано, оно распускается, и, если оно открылось, оно погибло.»

На сцене – гостиная в доме Александра. Кушетка. Два кресла. На невысоком столике — поднос со стаканчиками, сифон, пепельница, радиотелефон. Справа – арочный выход в переднюю. В глубине — большое окно, с цветами на широком подоконнике. За окном – сад в весеннем уборе. Левее окна — неплотно прикрытая стеклянная дверь в детскую. На стене между окном и дверью — несколько акварелей. Слева – арочный проход в другие помещения дома. Утро. Все в комнате напоено изумительным светом так, будто это не просто гостиная, а некая пристань небесная. Анна, одетая по домашнему молодая красивая женщина, ухаживает за цветником на окне: рыхлит землю, высаживает рассаду, поливает из небольшого кувшина. Работая, Анна прислушивается к голосам из детской.

Голос Лизы. Ой, папочка! /Заливается смехом./ Ты уронишь меня!

Голос Александра. А вот и не уроню.

Голос Лизы. У тебя же ножка болит.

Голос Александра. С тобой у меня ничего не болит!

Голос Лизы. Совсем, совсем?

Голос Александра. Совсем, совсем.

Голос Лизы. В то утро я так за тебя испугалась!

Голос Александра. Лиза, давай сядем в креслице… Отсюда – виднее.

Голос Лизы. Ой! Что это, папа? Какой нежный цвет!?

Голос Александра. Это персики.

Голос Лизы. Вчера еще не цвели!?

Голос Александра. Я их попросил.

Голос Лизы. Смеешься!

Голос Александра. Ну вот, – опять слезы! В чем дело, малышка?

Голос Лизы. Ты так стонал… когда тебя привезли!

Голос Александра. Давай успокоимся… Ты же умница, Лиза!

Голос Лизы. Я слышала, кто-то очень не хочет, чтобы ты жил… Это правда? Ну, почему ты молчишь? Кто тебя может так не любить? Папа, мне страшно!

Голос Александра/тихо/. Мне – тоже.

Голос Лизы. Какой же ты у меня – не как все!

Голос Александра. «Не как все»!?

Голос Лизы. Ну да. Какой же мужчина признается женщине, что ему страшно?

Голос Александра/с нежностью /. Ах ты, моя женщина!

Голос Лизы. Его еще не нашли… – ну того, кто тебя тогда сбил на дороге? /Пауза./ Молчишь… Погляди на меня! Так и знала, ты плачешь! /Анна ставит на подоконник кувшин, опускается в кресло и, спрятав в ладони лицо, беззвучно рыдает./ И мамочка – тоже… Я чувствую… Что же мне делать, если у вас нехорошая дочка? Одиннадцать лет ее возят в колясочке… Но не плачьте! Я научусь! Вот увидите… Буду, буду ходить!

Голос Александра. Обязательно будешь.

Голос Лизы. Папочка, ну улыбнись! Эти взрослые редко при мне улыбаются! Что ли им скучно со мной?

Голос Александра. В самом деле, их трудно понять: даже когда улыбаются… это не значит, что им очень весело.

Голос Лизы. Папа, милый, сыграй мне на флейте… нашу любимую.

Слышится сильный подземный удар, потом – затухающий гул.

Снова бабахнуло! Что это? Словно гроза под землей…

Голос Александра. Верно…Похоже… Я объясню. Когда-то в этих краях было много угольных шахт… Потом уголь кончился – шахты закрыли. В них больше никто не спускается… Кроме, разве что, изыскателей, которые ищут в разломах породы ответ на извечный вопрос: «Откуда взялась наша жизнь?» Так вот… временами в заброшенных шахтах случаются взрывы… из-за скопления газов.