Ник поморщился, когда его охватила паника. Как такое могло случится? Они специально защитили его дом. Никто не должен был добраться до его матери. Никто не знал, что он Малачай и о том, где он жил.
Не правда.
В его доме поселилось одно маленькое чудовище. Ксев прекрасно знал, кем он был.
И как его мать важна для него.
В горле поднялась желчь, когда он вспомнил предостережения Калеба, когда он собирался приютить у себя Ксева. Он был единственным «врагом», который знал все о Нике, чем он жил и дышал. Как выбить его из колеи. Ксев уже отказался от роли хорошего парня, чтобы встать рядом с Нойром. Предположительно он привел врагов прямо к собственной семье, чтобы армия Нойра смогла их всех вырезать. Именно поэтому Калеб не позволил Ксеву жить в своем доме, хотя они и были братьями. Именно поэтому Нику пришлось приютить Сарру-Дара, кровавого генерала Малачая в своей квартире. Калеб не смог бы удержаться и не напасть на Ксева, если бы тот был рядом.
Если Ксев смог так поступить с Калебом…
«Ксев предал меня, как и говорил Калеб».
Не одно доброе дело не останется безнаказанным. Это часто повторяли ему его босс Кириан и Ашерон.
Коди прикусила губу.
— Ник? О чем ты думаешь? Что значит этот взгляд?
Он был так рассержен, что проигнорировал Коди и телепортировался в свою комнату. Его глаза затуманила кровавая пелена Малачая, Ник обнаружил Ксева там, где оставил его, когда ушел в школу. Спящим на его кровати, как будто в мире все было хорошо, как будто ничего не случилось.
Это лишь разожгло его гнев сильнее. Как смеет древнее создание валяться здесь, как будто мир не в хаосе. Как будто его мать не забрал бог знает кто. Да она уже может быть мертва.
Ее могли запытать до смерти…
Ник, одержимый жаждой крови и мщения, низко зарычал и выдернул из-под него одеяло.
Ксев проснулся таким же злым, как и Ник. Он обратился в человека, припал к земле и зашипел, как кот, обнажая острые зубы. Зрачки его голубых, как холодное море глаз, вытянулись, он согнул руку, чтобы выстрелить в Ника, и только тогда понял, кто напал на него. Так как его пленил Малачай, он не мог навредить ему физически, поэтому его зубы и зрачки стали нормальными, он едва сдерживался, чтобы не избить Ника. Это сделал с ним отец Ника за оскорбление.
Но когда Ник увидел глубокие шрамы, покрывавшие каждый дюйм тела Ксева, особенно два в том месте, где у него жестоко вырвали крылья в качестве наказания за преступления, он успокоился. Хотя Ник не сомневался, что Ксев был злобным, опасным созданием, способным на жестокость и предательство, он уже не считал, что тот причастен к похищению его матери. Ксев не уснул бы после того, как забрал ее, это было бы глупо.
А глупым Ксев не был.
Если бы он забрал его мать, то знал бы, что нужно бежать подальше, опасаясь, что Ник узнает об этом.
Коди облегченно выдохнула, когда вошла в комнату за Ником, и увидела, как обнаженный Ксев свернулся на кровати. Она пискнула, быстро отвернулась и вылетела в коридор.
— Прости, Ксев.
Ксев по-прежнему молчал и пялился на Ника, ожидая, что тот выместит на нем свой гнев.
И от этого испарились остатки гнева Малачая. О нем неверно судили все вокруг, но сам он на это был не способен. Он протянул Ксеву одеяло.
— Ты не слышал грозу?
Ксев прикрылся.
— Какая гроза? — он почесал ухо, затем запустил руку в красно-желтые волосы, которые были частью его проклятия, пытаясь пригладить их.
— Был град, гром… кровавый дождь, — ответила Коди, вернувшись в комнату. Она с подозрением уставилась на Ника. — Ты в порядке?
Не совсем. Но Ник все равно кивнул, потому что ему больше не хотелось вырвать глотку Ксева или превратиться в Малачая.
— Мою маму похитили с парковки, — он посмотрел на Ксева. — Ты разве не слышал?
Ксев провел рукой по древним словам проклятия, вытатуированным на его торсе.
— Ты думал, это я?
— Я не знал, что думать. Если честно, я так взбешен, что едва могу сосредоточиться. Просто хочу выбить из кого-нибудь дерьмо. А так как ты больше, выше и подлее, то становишься неплохой целью, приятель.
Коди положила руку ему на плечо, успокаивая.
— Это в тебе говорит Малачай.
— Знаю, но это не меняет того факта, что мне хочется выбить из кого-нибудь дух. Или уничтожить того, кто причастен к этому, — Ник посмотрел на Ксева. — Мне показалось подозрительным, что никто не знал о местонахождении моей матери, пока сюда не переехал ты. А теперь…
— Клянусь, я тебя не предавал. Зачем мне?
— Не знаю, Ксев. Я даже не знаю, кто ты такой на самом деле. Каждый раз, когда я спрашиваю, ты уклоняешься от вопроса, как от пули, летящей в твою голову.
Ксев встал и распрямился. Он держал одеяло и переводил разгневанный взгляд с Коди на Ника.
— Хорошо, хочешь правду? До того, как меня прокляли и отняли силы в качестве наказания Первые боги, я был богом Даразурсисом. Двоюродным братом и лучшим другом первого Малачая.
Ник встал, шокированный от того, что наконец-то получил ответ от Ксева.
Ксев знал первого Малачая.
Да ну…
