— Давай торопись, — хмуро велел Илья и буквально вытолкал спутницу на лестницу.
Я быстро свернул в кухню и глянул в окно. Парочка стояла у «Жигулей», цвет которых в полумраке уличного фонаря было трудно определить, то ли синие, то ли зеленые, то ли коричневые, одно ясно, машина не светлая.
Несколько минут Илья, размахивая руками, пытался что-то втолковать своей спутнице. Та молча смотрела в землю, потом резко рванула дверцу машины и устроилась на переднем сиденье. Автомобиль подскочил, заглох, потом снова завелся и исчез за поворотом. Я пошел в свою комнату. Похоже, эта Алена девушка с характером, хорошо знающая, какое впечатление она производит на мужчин. Илье не позавидуешь, хотя лично мне всегда больше нравились стервы, чем уютные, домашние тетки, варящие супы. С женщиной, которая знает себе цену, с особой, сделавшей карьеру, с самодостаточной личностью интересней, она не даст вам скучать. Хотя с рачительной хозяйкой намного спокойней и удобней. Но у меня на второй день общения с девушкой, которая ни о чем, кроме кухни и будущих детей, не думает, начинается отчаянная зевота. Хотя, повторюсь, жениться следует именно на такой, но меня, словно магнитом, тянет к противоположностям.
На следующий день Нора напрасно прождала Алену. Та не явилась.
— Может, она все же решила отправиться на работу? — предположил я. — Шергина оставила служебный телефон?
— Нет, — покачала головой Нора, — только номер этой Вари Арсеньевой, сказала, что подруга приедет сегодня рано утром и Алена ей сообщит, где будет пока жить. Вот что, позвони и узнай, что помешало нашей встрече.
Я взял протянутую бумажку и набрал номер. Долго слушал длинные гудки: ту-ту-ту…
— Похоже, там никого нет, — сказал я, не вешая трубку.
— Может, и впрямь на работу пошла, — пробурчала Нора. — Тебя вчера в разговоре ничего не смутило?
— Да нет, разве что неподходящая одежда, но ведь она объяснила, отчего так вырядилась.
Элеонора нахмурилась:
— Ты в своем репертуаре, видишь лишь внешнюю сторону. Да не в штанах дело. Вспомни, сначала она с пафосом заявила, что никогда не имела дела с женатыми мужчинами, а через пару минут выяснилось: лучшая подруга застукала ее со своим супругом в постели.
— Бывшая, — уточнил я.
— Что? — не поняла Нора.
— Подруга бывшая, к тому же эта Марина Райкова увела господина Рябова у Алены. Наверное, последняя решила, что в этом случае ее порядочность спит.
— Не знаю, не знаю, — протянула Нора, — может, она еще кого обидела! Человек не может прожить, не задев ни одну личность.
— Алло, — прозвучало из трубки, — алло!
Я вздрогнул, совсем забыл, что набрал номер Вари Арсеньевой и не отсоединился.
— Извините, меня зовут Иван Павлович Подушкин. Скажите, Алена Шергина у вас?
Из трубки донеслись сдавленные рыдания. Я неожиданно почувствовал леденящее чувство тревоги и воскликнул:
— Что случилось?
— Алена разбилась на машине насмерть, — кое-как справившись со слезами, сообщила Варя и отсоединилась.
Я уставился на Нору.
— Ну? — нетерпеливо поинтересовалась хозяйка. — Рассказывай быстрей.
— Шергина умерла, погибла в автомобильной катастрофе.
— Где? Когда? Почему? — завопила Нора.
— Не знаю, эта Варя положила трубку.
— Немедленно звони еще раз.
Я попытался сопротивляться:
— Нора, клиентка мертва, следовательно, мы свободны от обязательств!
— А вот и нет! Она внесла залог, а я всегда отрабатываю взятые деньги, — с красным от возбуждения лицом заявила Элеонора. — Алена заплатила мне за поиск того, кто хотел ее убить. Значит, я начну немедленно работать.
— Она отдала лишь залог!
— Нет! Мои услуги стоят полтысячи, — заявила Нора.
Так, понятно. Ненормальная дама желает во что бы то ни стало ввязаться в криминальное приключение, она сейчас того и гляди затопает ногами, как капризный ребенок, которому не дали очередную игрушку. Хотя сравнение плохое, потому что ноги совершенно не слушаются Нору.
— Значит, так, Ваня, — понеслась хозяйка, — звони этой Вере, узнавай ее адрес и отправляйся, уточни все детали.
— Мы не имеем права заниматься расследованиями.
— Почему?
— Для такой деятельности требуется лицензия.
Нора фыркнула, подкатила к письменному столу и вытащила из верхнего ящика бумагу.
— На, убедись! Все оформлено по правилам.
Я не поверил своим глазам. Эта сумасшедшая основала агентство и назвала его «НИРО».
— Это тебе, — сообщила хозяйка и протянула темно-красную книжечку. — Документ, удостоверяющий, что являешься детективом, правда, без права ношения оружия.
— Хоть за это спасибо, — ожил я, — боюсь, мне некомфортно было бы с «наганом» в кармане.
— Револьвер носят в кобуре, — сообщила Нора.
— Где вы взяли лицензию?
— Купила, — совершенно спокойно пояснила хозяйка, — поверь, это очень просто, раз-два, и готово.
— Но я вовсе не хочу быть детективом, меня вполне устраивает прежняя должность ответственного секретаря фонда «Милосердие».
— Тебя никто и не спрашивает, — заявила Нора, — давай действуй.
Меня неприятно поразила ее бесцеремонность.
— Нет, извините, но…
— Иван Павлович, — отчеканила Нора, — выбирай: либо ты меня слушаешься, либо мы расстаемся.
