Она уже перекинула одну ногу и теперь сидела верхом на ограде, как вдруг ей послышался шорох. Мышцы словно стали кусками льда, сердце замерло. Прилагая просто нечеловеческие усилия, она повернула голову на звук, думая при этом о кроликах, застывших посреди дороги в свете фар… и нервно выдохнула. Во дворе по-прежнему было тихо и безлюдно – если не считать спящего под ней охранника – ее воображение сыграло с ней в игру, которую она, будучи еще ребенком, называла «кричалки». Нехитрые правила требовали незаметно подкрасться и напугать кого-нибудь из взрослых, и если человек при этом закричит, ты выиграл, если же нет – ты выполняешь любое желание партнеров по игре. Она редко проигрывала, уже тогда она любила играть только на победу. И она хорошо помнила, как готовилась к «делу», целую неделю вырезая и раскрашивая большого бумажного паука. Помнила, как продумывала план, а потом напугала противную соседку Анну Степановну, спустив своего паука на ниточке, прикрепленной к карнизу окна в ее сарае. Старуха орала как недорезанная свинья, а потом еще неделю гоняла своего мужа в сарай на поиски монстра. Вот это была победа! Уже тогда она любила и умела строить долгосрочные планы.
Перекинув вторую ногу, Фатима присела на корточки, цепляясь руками за перила, и принялась нащупывать металлическую опору, держащую балкон. Ну точно как в пожарной части, подумала она, когда ее нога нащупала опору. Фатима переместила руки, схватившись не за перила, а за прутья ограды и повисла, цепляясь ногами за металлический столб. Спустя секунду она уже соскальзывала вниз, обхватив опору руками и ногами как самая одетая в мире стриптизерша. С едва слышимым шуршанием она съехала вниз и совершенно бесшумно приземлилась, увидев прямо под балконом спящую на стуле фигуру. Охранник, видимо, отрубился сразу и намертво, потому что совершенно не слышал и не видел появления нарушителя. Он сидел на стуле, низко опустившись и вытянув ноги, голова его опиралась отчасти на пластиковую спинку, а отчасти падала на грудь, руки он сложил замком на животе, локти свисали под подлокотниками обычного пластикового стула, какие можно увидеть в каждом уличном кафе. Не было никаких сомнений, что парень спит и видит десятый сон, но Фатима не любила сюрпризы. Как только обе ее ноги оказались на земле, она тут же двинулась к спящей фигуре, двигаясь совершенно бесшумно и быстро, как настоящая смерть. Для многих она и стала настоящей смертью, или ее проводником, если смотреть на это с религиозной точки зрения. Охранник так и не проснулся, пока она заходила ему за спину и уверенно и даже как будто нежно обхватывала голову руками. Он умер мгновенно, так и не придя напоследок в мир, который покинул. Он умер во сне, как только руки, затянутые в черную материю, нежно обхватив его голову, резко повернули ее, ломая шею и прерывая жизнь.
– Вообще-то, я спасла твою репутацию, – прошептала Фатима, бережно опуская безвольную теперь голову, лишенную опоры на грудь, – теперь никто не обвинит тебя в том, что ты спал на посту и пропустил убийцу. Как говорят на Востоке: лучше потерять голову, чем лицо. Покойся с миром.
Она постаралась придать голове то же положение, в каком и нашла охранника, а потом, удостоверившись, что поза совпадает, быстро двинулась к лестнице, ведущей на пляж. Теперь с этой стороны ее точно не побеспокоят, а нырять с веранды в неизвестную глубину она не хотела. Она уже вышла из-под навеса-балкона, как вдруг совсем рядом послышались шаги, а секундой позже она услышала знакомый треск рации и веселый смех. Сюда шел кто-то из охраны.
На мгновение остолбенев, Фатима начала лихорадочно думать, вариантов было немного: либо остаться и засветиться, либо спрятаться в тенях или за трупом охранника. Но все эти идеи никуда не годились, и она сама это понимала. Единственная здравая мысль – бежать к лестнице и на пляж. Но она понимала, что не успеет, голос раздавался совсем близко, она вряд ли успеет даже пересечь веранду, не говоря о том, чтобы бежать еще от лестницы к воде. Ну вот, не повезло в последний момент, неслись в голове мысли, а приди он секундой раньше, так вообще застал бы тебя за крепким объятием с его напарником. Очень мило, не так ли?
Какая досада, ведь я почти выбралась, грустно и как-то обреченно вздохнул голосок в голове. Но его тут же заглушил другой голос, ураганный голос той личности, которая звала себя Фатимой. Не смей сдаваться, ничего не кончено, борись, иди вперед и убивай, если нужно, но не стой столбом, не дай им себя поймать! Ей показалось, что прошли минуты, пока она думала, стоя как тень возле балкона, на самом же деле, прошли всего лишь доли секунд. Зато пришло решение. Метнув быстрый взгляд на лестницу справа, откуда доносился голос, Фатима поняла, что у нее будет только один шанс – она отчетливо видела подходящего к ступенькам здоровенного парня, он говорил по рации с центром и смеялся очередной шутке неутомимого Димона. А мне больше и не нужно, подумала она, выходя из ступора, и черной тенью понеслась к каменной ограде веранды.
