Инстинкт Убийцы. Книга 2 полностью

– Слышь ты, Казанова, – он твердо смотрел прямо в глаза развеселившегося Даниила, – засунь свой язык себе в зад и начни наконец работать.

На лице молодого опера отразилось изумление, смешанное с обидой. Как будто сейчас заплачет, подумал Орлов, долбаные наглые малолетки, вчера выпустились, а сегодня уже чувствуют себя королями мира. Зато Антон тут же притих, опыта у него было побольше.

– Значит так, я продолжу, – уже спокойнее сказал он, – и если еще хоть раз услышу от вас какую-нибудь херь не по теме, завтра же заменю другим. Благо на такие дела желающих всегда полно.

Наконец-то серьезные лица, так бы с самого начала, подумал капитан. Даже его напарник стер с лица эту тупую ухмылку, видимо, понял: хоть они и друзья и равные по званию, в этом деле Орлов главный и ради поддержания авторитета может убрать и его, своего напарника и друга.

– Не кипятись, босс, – примирительно сказал Антон, – просто мы уже 2 месяца херней страдаем, но ничего не происходит. У нас даже материала нет никакого.

– А сегодня может произойти, – он сам в это не верил, но он же был боссом, а значит, должен был держать всю группу в тонусе. – Работа у нас такая, всегда быть наготове. И потом, а если эта сучара и правда существует, представьте, что будет, если мы ее возьмем! Да нам вся страна лизать задницу будет!

– Да, а «агенты» на свою задницу плотно сядут, – усмехнулся Антон. Данил сидел тихо, как мышка. – Черт, надо шевелить булками, – он улыбнулся и обвел взглядом всю компанию, – не знаю, как вам, парни, а мне до чертиков хочется быть крутым. Телки это любят, а я люблю их!

Орлов метнул на него взгляд, и старший лейтенант тут же прикусил язык. Напарник Орлова тихонько усмехнулся.

– К делу, – снова начал Орлов, – наша приманка сейчас в приват-зоне, Андрей говорит, там все глухо. Ни окон, ни дверей, и с ним охрана.

– Ну, служебная дверь там есть, – вставил Андрей Семашко, напарник Орлова, – мы ведь видели, как Артур со свитой поднимался по лестнице, но та красотка ушла за кулисы, значит, пойдет к нему через служебный вход. А вообще, чувствую себя каким-то охотником за привидениями, – он покачал головой, – все верят, что эта Фатима есть, но никто ее не видел. Два месяца ловим хрен знает кого, ни примет, ни ориентировок.

– В любом случае, пока он в безопасности, – заключил капитан, – а значит, нам надо поработать, пока он там. Он обвел серьезным взглядом свою группу.

– Честно говоря, мне на него плевать, я бы и сам его расчленил с удовольствием, но нам он нужен живым, пока мы не возьмем Фатиму. По крайней мере, без нас он умирать не должен.

– Черт, босс, ты как всегда, сама гуманность, – мрачно усмехнулся Антон.

– Работа у нас такая, – отпарировал капитан, – романтичная и гуманная. А теперь слушайте, парни, повторять мне некогда.

И он быстро изложил им свой план, каждый получил четкие инструкции, никто не переспрашивал, не выказывал недовольства, только глаза молодого Даниила прямо-таки зажглись, то ли от возмущения, то ли от возбуждения. Орлов не стал вдаваться в подробности, время шло, а молодой опер все 2 месяца чуть ли не выпрыгивал из штанов от новизны ощущений, хотя никаких ощущений еще, собственно, и не было. Закончив инструктаж, Орлов уже собирался вставать из-за стола, когда Даниил все же не сдержался.

– А почему я должен сидеть в зале? Я тоже хочу трепаться с людьми. – Он с вызовом посмотрел на капитана, и тот вспомнил себя в самом начале карьеры, неужели и он был таким придурком? – Вы что, считаете меня негодным?

– Даня, – начал терпеливо объяснять капитан, пытаясь не сорваться, – свои «почему?» будешь задавать маме, а на работе ты будешь делать то, что приказано, как и все.

– Это потому, что я новичок? – Не успокаивался парень, – или потому, что вы с первого взгляда меня невзлюбили?

О Боже, подумал Орлов, да этот сопляк изведет кого угодно, и за каким хером его определили в нашу группу?

– Любить тебя будет твоя девушка и твоя мамаша, – уже зло проговорил капитан, – ты остаешься в зале, потому что я так сказал. Ты уже не в школе, пора бы отвыкать задавать вопросы и привыкать к тому, что приказы не обсуждают.

Он встал из-за стола, двое тоже встали, Даниил остался сидеть с кислым лицом. Точно, будет рыдать, подумал капитан и разозлился еще больше, на такое дело послать этого недоношенного ребенка Академии МВД, да генерал точно спятил! Но капитан уже достаточно прослужил и привык к тому, что приказы не обсуждают. Особенно генеральские.

– Скажу честно, Даня, – он сделал знак ребятам, чтобы они шли по своим делам, а сам вернулся и навис над молодым опером, как скала, – сначала ты мне очень даже понравился, я ведь тоже был таким, все мы были. Но твое нытье сидит уже у меня в печенках, и не только у меня, ты деморализуешь команду, вы это проходили в своей Академии?

Даниил растерялся, глаза забегали. Орлов продолжил, этому нытику надо было наконец устроить холодный душ, иначе он завалит дело и так ничего и не поймет.