— Именно поэтому вы купили мне столько продуктов, — засмеялся Цапов. — Я ведь понял, что и вам не хочется, чтобы я согласился с этим решением.
Уже после того, как генерал уехал, Цапов долго сидел перед невключенным телевизором. Затем достал новый аппарат, внимательно изучил его. Включил блокиратор определителя и набрал номер.
— Здравствуй, Цыган, — глухо сказал он, услышав знакомый голос.
— Фокусник? — не поверил Цыган. — Откуда ты звонишь?
— Из города. Как у тебя дела?
— У меня неплохо. Но боюсь, что у тебя проблемы. Большие проблемы, Фокусник.
— Я знаю, — пробормотал он.
— Нет, не знаешь. Или не представляешь. Зачем ты обидел Савраску? Он ведь никого не трогал…
— Меня подставили, — попытался объяснить Цапов, — я его пальцем не трогал, а меня подставили. Где мы можем встретиться? Я тебе все объясню.
— Тебе сейчас опасно появляться в городе, — напомнил Цыган, — и в кабаки лучше не ходи. Там повсюду стукачи. Мигом узнают. Тебя ведь по всему городу ищут.
— Мне нужно с тобой поговорить, — упрямо сказал Цапов, — я могу с тобой увидеться?
— Ну ты и отчаянный мужик, — одобрительно сказал Цыган. — Другой на твоем месте давно бы из города сбежал. Или сидел бы где-нибудь в «норме», опасаясь нос высунуть. Ладно. Давай так, встретимся там, где ты мне однажды «грибы» приносил. Помнишь про «грибы»?
— Помню. У метро?
— Да, там закусочная справа. Небольшая такая. Помнишь?
— Когда ты там будешь?
— Утром, — сказал Цыган, — утром, в девять часов. В такое время все стукачи и «шестерки» спят. Успеешь приехать?
— Спасибо. — Он отключился.
Ночью он плохо спал. Однако вопреки обыкновению не помнил своих снов утром. Это его немного озадачило. Обычно он хорошо помнил все свои сновидения. В семь утра он поднялся, чтобы не спеша побриться и одеться. В восемь он вышел из дома и в половине девятого уже был в условленном месте. Полчаса он внимательно изучал место встречи. Все было спокойно.
Ровно без трех минут девять он проверил оружие и вошел в закусочную. Заведение работало с восьми утра, и здесь было уже несколько посетителей. Цапов прошел в дальний, пустой, угол. За соседним столиком спиной к нему стоял мужчина в темном плаще и шляпе. Когда он повернулся, Цапов чуть не ахнул. Это был Цыган, одетый для него явно экстравагантно.
— Я думал, ты не придешь, — сказал Цыган, кивнув ему в знак приветствия.
— Тебя не узнать, — улыбнулся Цапов, — я же сказал, что точно буду.
— Ты завтракал?
— Да, спасибо. Как ты сюда вошел? Я здесь уже полчаса и не заметил, как ты появился.
— А я приехал в восемь и вошел через служебный вход, — пояснил Цыган. — Можешь не оглядываться по сторонам. Здесь только мои ребята, посторонних не бывает.
— Ну и конспирация.
— По-другому нельзя. Ты сейчас у нас «особо опасный преступник». И лучше бы тебе в камере оказаться, на нарах, чем рядом со Звонком.
— Пугаешь? — невесело усмехнулся Цапов.
— Предупреждаю. У Савраски друзей было много. Влиятельных друзей, Фокусник, очень влиятельных. И всем неприятно, что ты мог решить свои проблемы таким образом.
— Сначала ты меня послушай, а уже потом обвиняй, — предложил Цапов. Он рассказал своему собеседнику, как развивались события в клубе. Цыган не перебивал, внимательно слушая. Цапов назвал имя Федора Суходолова, и Цыган тут же нахмурился. Цапов уловил его реакцию, но не стал реагировать. Когда он закончил рассказ, Цыган задумчиво сказал:
— Я думаю, твоя история еще хуже, чем ты считаешь.
— Почему?
— Я слышал про Федора. Он был штатным стукачом. Причем стучал по-государственному. Ты меня понимаешь?
На их жаргоне подобное высказывание означало, что Суходолов был осведомителем не милиции, а контрразведки.
— Откуда ты знаешь? — спросил Цапов.
— Знаю, — отрезал Цыган, — ты хочешь моего совета?
— Да, конечно. Из-за этого и приехал. Ты единственный, кто может мне помочь.
— Что я должен сделать?
— Узнай о связях Суходолова и Савраски. Кстати, почему ты говоришь о Суходолове в прошедшем времени?
— Его убрали, — сказал Цыган, — поэтому я и говорил, что твоя история еще хуже, чем ты думаешь. Скоро тебя будут искать не только товарищи в серых мундирах, но и господа в черных костюмах. Это очень опасное дело.
— Ты мне сам говорил, что нужно всегда идти до конца, — напомнил Цапов.
— Говорил, — вздохнул Цыган. — Ладно, давай решим прямо сейчас, чтобы больше по телефону не говорить. Встречаемся через два дня. Утром, как обычно. Ты только заранее не приезжай. Прямо к девяти войдешь с улицы. Здесь будут только мои ребята. Если узнаю что-нибудь новое, я тебе расскажу. А если ты узнаешь, расскажешь мне.
— Договорились, — кивнул Цапов.
— Знаешь, — вдруг сказал Цыган, — столько лет тебя знаю и до сих пор не могу понять, кто ты — везунчик или невероятно отважный дурак? В любом случае ты мне нравишься, парень.
