Институт полностью

— Телекинетиками. ТК. Как правило, таланты невелики — даже у детей с TK-плюс их не так много. Но Институтские врачи делают их сильнее. Уколы для точек, вот что они говорят, что мы все говорим, только точки — это на самом деле Огни Штази, о которых я вам рассказывал. Уколы, которые вызывают точки, должны увеличивать то, что у нас есть. Я думаю, что некоторые из них должны были сделать нас сильнее. Или… — И тут ему в голову пришло озарение. — Или, наоборот, чтобы мы не смогли стать сильнее. Это могло сделать нас опасными.

— Типа, прививки? — Спросил Тим.

— Да, можно и так сказать.

— До того, как тебя похитили, ты мог двигать предметы силой мысли, — сказал Тим своим мягким «я-разговариваю-с-сумасшедшим» голосом.

— Только мелкие.

— А получив околосмертный опыт в погружном баке, ты научился читать мысли.

— Даже чуть раньше. Бак… усилил умение. Но я все еще не… — Он помассировал затылок. Это было трудно объяснить, и их голоса, такие тихие и спокойные, действовали ему на нервы, которые и без того были натянуты. Скоро он станет таким же чокнутым, каким они его и считали. И все же он должен был попытаться. — Но я все еще не очень силен. Никто из нас, кроме, может быть, Эйвери. Он реально классный.

Тим сказал:

— Позволь мне убедиться, что я все правильно понял. Они похищают детей со слабыми психическими способностями, кормят их психическими стероидами, а затем заставляют их убивать людей. Как того политика, который собирался баллотироваться в президенты. Марка Берковица.

— Да.

— А почему не Бен Ладена? — Спросила Венди. — Я думаю, что он естественная мишень для этого… этого ментального убийства.

— Не знаю, — ответил Люк. Он казался измученным. Синяк на его щеке, казалось, с каждой минутой становился все красочнее. — Я понятия не имею, как они выбирают свои цели. Я как-то говорил об этом со своей подругой Калишей. Она тоже не имела ни малейшего представления.

— Почему бы этой таинственной организации не использовать обычных наемных убийц? Разве это не проще?

— В кино все выглядит просто, — сказал Люк. — В реальной жизни я думаю, они, в основном, терпят неудачу или попадаются. Как чуть не попались те парни, которые убили бен Ладена.

— Давай устроим демонстрацию, — предложил Тим. — Я думаю о цифре. Скажи мне, о какой.

Люк попытался. Он сосредоточился и ждал появления цветных точек, но они не появлялись.

— Не могу разобрать.

— Передвинь что-нибудь. Разве это не твой основной талант, за который тебя похитили?

Венди покачала головой. Тим не был телепатом, но он знал, о чем она думает: хватит приставать к нему, он встревожен и дезориентирован. Но Тим подумал, что если ему удастся прорваться сквозь эту дурацкую историю, то, может быть, они доберутся до чего-то реального и поймут, куда идти дальше.

— Как насчет пакета? Сейчас в нем нет еды, он легкий, ты должен его передвинуть.

Люк посмотрел на пакет, нахмурившись еще сильнее. На мгновение Тиму показалось, что он что-то почувствовал — ветерок по коже, словно слабый сквозняк, — но потом это исчезло, и пакет не сдвинулся с места. Конечно же, нет.

— Ладно, — сказала Венди, — я думаю, этого достаточно для…

— Я знаю, что вы двое — пара, — сказал Люк. — Это я точно знаю.

Тим улыбнулся.

— Не слишком впечатляет, малыш. Ты видел, как она поцеловала меня, когда вошла.

Люк перевел взгляд на Венди.

— Ты отправляешься в путешествие. Чтобы повидаться с сестрой, не так ли?

Ее глаза расширились.

— Как…

— Не ведись, — сказал Тим… но осторожно. — Это старый трюк медиума — обоснованное предположение. Хотя я признаю, что ребенок делает его хорошо.

— Сестра Венди работает в сфере образования? — Спросил Люк, хотя и без особой надежды. Он разыграл свои карты одну за другой, и теперь осталась только одна. И он слишком устал. Тот отдых, что у него был в поезде, был скудным, и его преследовали дурные сны. Главным образом — погружной бак.

— Ты не оставишь нас на минутку? — Спросил Тим. Не дожидаясь ответа, он повел Венди к двери в приемную. Он коротко с ней переговорил. Она кивнула и вышла из комнаты, на ходу доставая из кармана телефон. Тим вернулся.

— Думаю, нам лучше отвезти тебя в участок.

Сначала Люку показалось, что он говорит о станции[188]. Посадить его на другой поезд, чтобы ему и его девушке не пришлось иметь дело со сбежавшим ребенком и его сумасшедшей историей. Потом он понял, что Тим имел в виду не станцию, а полицейский участок.

Ой, ну и что? — Подумал Люк. Я всегда знал, что окажусь в полицейском участке. И, может быть, маленький лучше, чем большой, где им приходится иметь дело с сотней разных людей-преступников.

Только они думали, что он просто параноит из-за этого Холлистера, а это было нехорошо. А пока ему оставалось только надеяться, что они правы, а Холлистер — просто никто. Наверное, они были правы. В конце концов, у Института не может быть парней везде, не так ли?