Институт полностью

— Скорее всего, он никуда и не перебирался, — сказала Калиша. — Он пробыл здесь совсем недолго, и после одного из этих уколов у него появились прыщи. Он рассказал мне об этом в столовой. Он сказал, что его сердце бьётся как сумасшедшее. Я думаю, что он на самом деле заболел. — Она сделала паузу. — Может быть, даже умер.

Джордж смотрел на нее широко раскрытыми от ужаса глазами.

— Цинизм и подростковые страхи — это хорошо, но скажи мне, что на самом деле ты в это не веришь.

— Ну, мне точно не хотелось бы, — сказал Калиша.

— Заткнитесь все, — сказал Ники. Он наклонился над доской, глядя на Люка. — Да, они нас похищают. Потому что у нас есть экстрасенсорные способности. Как они нас находят? Не знаю. Но это должно быть серьезная операция, потому что это место слишком большое. Чертовый комплекс. У них тут и врачи, и лаборанты, и те, кто называет себя надзирателями… похоже на небольшую больницу, затерянную в лесу.

— И безопасность, — добавила Калиша.

— Да. Парень, отвечающий за это, — большой лысый хрен. Его зовут Стэкхаус.

— Это безумие, — сказал Люк. — Мы вообще в Америке?

— Здесь тебе не Америка, здесь Институтское Королевство. Когда мы пойдем обедать в столовую, Эллис, выгляни в окно. Ты увидишь лесную чащу, но если присмотришься внимательно, увидишь еще одно здание. Из зеленого шлакоблока, как и это. Сливается с деревьями, я думаю для маскировки. В общем, это Задняя Половина. Куда попадают дети, когда все опыты поставлены, а уколы сделаны.

— И что там происходит?

Ответила Калиша.

— Этого мы не знаем.

На кончике языка у Люка вертелся вопрос, знает ли Морин, потом он вспомнил, что Калиша шепнула ему на ухо: Они прослушивают.

— Мы только знаем, что они нам говорят, — сказала Айрис. — Они говорят…

— Они говорят: Все будет хооорошо!

Ники выкрикнул это так громко и так неожиданно, что Люк отшатнулся и чуть не упал со скамейки для пикника. Черноволосый парень поднялся на ноги и встал, глядя в пыльный объектив одной из камер. Люк вспомнил еще кое-что, сказанное Калишей: Когда ты встретишь Ники, не переживай, если он начнет разглагольствовать. Именно так он выпускает пар.

— Они похожи на миссионеров, продающих Иисуса кучке индейцев, которые очень… очень…

— Наивные? — Рискнул спросить Люк.

— Точно! Правильное слово! — Ники все еще смотрел в камеру. — Кучка индейцев, которые настолько наивны, что готовы поверить во что угодно. Например, в то, что если они отдадут свою землю за горсть бус и гребаные блохастые одеяла, то попадут на небеса, встретят там всех своих мертвых родственников и будут вечно счастливы! Это про нас, мы — эта кучка индейцев, достаточно наивных, чтобы верить всему, что хорошо звучит, что звучит как ХЭППИ… ГРЕБАНЫЙ… ЭНД!

Он резко повернулся к ним, волосы развевались, глаза горели, руки были сжаты в кулаки. Люк увидел заживающие порезы на костяшках пальцев. Он сомневался, что Ники возвращал столько же, сколько получал — в конце концов, он был простым ребенком, — но казалось, что он, по крайней мере, хоть что-то кому-то возвращал.

— Как ты думаешь, у Бобби Вашингтона были какие-нибудь сомнения в том, что его испытания закончились, когда его переводили в Заднюю Половину? Или у Пита Литтлджона? Господи Иисусе, если бы мозги были черным порошком, эти двое не смогли бы даже высморкать их через свои носы.

Он снова повернулся к грязной камере. То, что ему больше не на что было излить свой гнев, делало его несколько нелепым, но Люк все равно им восхищался. Ведь он не мирился с ситуацией.

— Слушайте сюда, ребята! Вы можете выбить из меня все дерьмо, вы можете перевести меня в Заднюю Половину, но я буду биться с вами на каждом шагу! Ник Уилхольм не покупается за бисер и одеяла!

Он сел, тяжело дыша. Затем он улыбнулся, показав ямочки на щеках, белые зубы и добродушные глаза. Угрюмый, задумчивый человек исчез, как будто его никогда и не было. Люк не испытывал влечения к парням, но когда он увидел эту улыбку, то понял, почему Калиша и Айрис смотрели на Ники так, словно он был вокалистом в бойз-бэнде.

— Наверное, мне следовало бы быть в их команде, а не сидеть здесь взаперти, как курица в загоне. Я мог бы управлять этим местом лучше, чем Сигсби, Хендрикс и другие доктора. Я в этом абсолютно уверен.

— Конечно, — ответил Люк, — но я не совсем понимаю, к чему ты клонишь.

— Да, Ники, я вроде как тоже сбился с пути, — сказал Джордж.

Ники снова скрестил руки на груди.