Институт полностью

— Можешь не сомневаться. — Он повернулся к Люку, внезапно сжал кулак и выкинул его в сторону его лица. Кулак остановился в дюйме от носа Люка, но тот все равно съежился и вскрикнул. Брэндон от души рассмеялся, а Присцилла одарила его снисходительной озорной улыбкой.

— Веди себя с ней потише, Люк, — сказал Брэндон и направился вниз по коридору Уровня В развязной походкой, прижимая к бедру кобуру с электрошокером.

В главном коридоре, который, как теперь понял Люк, был жилым крылом, стояли маленькие девочки, Герда и Грета, и смотрели на них широко раскрытыми испуганными глазами. Они держались за руки и сжимали в руках кукол, таких же одинаковых, как они сами. Они напомнили Люку близнецов из какого-то старого фильма ужасов.

Присцилла проводила его до двери и ушла, ничего не сказав. Люк вошел, увидел, что никто не заходил, чтобы забрать его ноутбук, и рухнул на кровать, даже не сняв обувь. Там он проспал следующие пять часов.

Миссис Сигсби уже ждала, когда доктор Хендрикс, он же Донки Конг, вошел в личный кабинет, примыкавший к ее офису. Она сидела на маленьком диванчике. Он протянул ей папку.

— Я знаю, что вы поклоняетесь печатным копиям, так что вот. Но много ли вам от этого пользы?

Она не открыла папку.

— От этого мне ни пользы, ни вреда, Дэн. Это ваши опыты, ваши вторичные эксперименты, и они, похоже, плодов не приносят.

Он с упрямством выпятил вперед челюсть.

— Агнес Джордан. Уильям Гортсен. Вина Патель. Двое или трое других, чьи имена сейчас не могу вспомнить. Донна какая-то. Со всеми ними у нас были положительные результаты.

Она вздохнула и пригладила свои редеющие волосы. Хендрикс подумал, что у Сиггерс птичья морда: острый нос вместо клюва, но такие же жадные маленькие глазки. Птичья морда, а за ней мозги бюрократа. Это безнадежно.

— И десятки розовых, с которыми у тебя не было никаких результатов.

— Возможно, это и так, но вы только подумайте, — сказал он, потому что то, что он в действительности хотел сказать, — Как ты можешь быть такой тупой? — доставило бы ему массу неприятностей. — Если телепатия и телекинез связаны, как предполагают мои эксперименты, то могут быть и другие экстрасенсорные способности, скрытые и ожидающие, когда их выведут на передний план. А что если возможности этих детей, даже самых талантливых это всего лишь верхушка айсберга? Предположим, что лечение психических расстройств — это реальность? Предположим, что глиобластому, подобную той, что убила Джона Маккейна, можно вылечить простой силой мысли? Предположим, что эти способности могут быть направлены на продление жизни, возможно, до ста пятидесяти лет, а может и дольше? То, для чего мы их используем, не обязательно должно быть концом; это может быть только началом!

— Я все это уже слышала, — сказала Миссис Сигсби. — Оставьте этот пафос для ваших программных заявлений.

Слышала, но не понимаешь, — подумал он. Как и Стэкхаус. Эванс делает вид, что понимает, но даже он не видит в этом огромный потенциал.

— Это не значит, что тот парень, Эллис или Айрис Стэнхоуп представляют особую ценность. Мы не зря называем их никчемно розовыми. — Он выдал фыркающий звук и махнул рукой.

— Двадцать лет назад это было бы полезнее, чем сейчас, — ответила Миссис Сигсби. — Даже десять.

— Но…

— Хватит, Дэн. Проявились ли у Эллиса признаки ТП, или нет?

— Нет, но он продолжал видеть свет даже после того, как проектор был выключен, что мы считаем признаком. Убедительным признаком. Потом, к сожалению, у него случился припадок. Что не редкость, как вы знаете.

Она вздохнула.

— Я не возражаю против того, чтобы вы продолжили свои тесты с Огнями Штази, Дэн, но вам нужно учитывать их перспективу. Наша главная цель — подготовить здешних обитателей к жизни в Задней Половине. Вот что самое главное, вот в чем цель. Любые побочные эффекты не представляют большого интереса. Руководство не заинтересовано в психическом эквиваленте Рогейна[117].

Хендрикс отшатнулся, словно она его ударила.

— Лекарство от гипертонии, которое также оказалось способным отращивать волосы на черепах лысых обывателей, вряд ли находится в одной лиге с процедурой, способной изменить ход человеческого существования!

— Возможно, и нет, и, возможно, если бы ваши опыты давали более частые результаты, я — и люди, которые платят нам жалованье — были бы в большем восторге. Но все, что у вас сейчас есть, это несколько случайных попаданий.

Он открыл было рот, чтобы возразить, но, когда она бросила на него свой самый грозный взгляд, тут же его закрыл.

— Ты можешь пока продолжать свои испытания, довольствуйся этим. Ты должен быть доволен, учитывая, что в результате них мы потеряли несколько детей.

— Розовых, — сказал он и снова выдал этот пренебрежительный звук.

— Ты ведешь себя так, словно их пруд пруди, — сказала она. — Может, когда-то и было, но не сейчас, Дэн. Не сейчас. А пока, вот тебе досье.