Институт полностью

— Извини, Дэйв, я не могу этого сделать, — сказал Эйвери, удивительно хорошо имитируя тихий зловещий голос Хала 9000, и начал хихикать.

Гарри был добр к Грете и Герде, это бесспорно. Каждый раз, когда он их видел, его лицо расплывалось в глупой улыбке. Он садился на корточки, широко раскидывал руки, и они к нему бежали.

— Не задавался ли ты вопросом, не хочет ли он с ними поразвлечься? — Спросил Ники однажды утром на игровой площадке, наблюдая за тем, как Гарри следит за девчонками, прыгающими на батуте.

— Фу, какая гадость, — сказала Хелен. — Ты смотришь слишком много сериалов.

— Нет, — ответил Эйвери. Он ел шоколадный коктейль и отрастил каштановые усы. — Он не хочет ничего такого… — Он положил свои маленькие руки на спину и двинул вперед бедрами. Наблюдая за этим, Люк подумал, что это хороший пример того, насколько хренова телепатия. Ты узнаешь слишком много и слишком рано.

— Фу, — снова сказала Хелен и закрыла глаза. — Не заставляй меня сожалеть, что я не слепая, Эйвестер.

— У него были кокер-спаниели, — сказал Эйвери. — Дома. Эти девочки просто на них похожи, знаешь, есть такое слово.

— Замещение, — сказал Люк.

— Правильно, оно.

— Я не знаю, как Гарри справлялся со своими собаками, — сказал Ники Люку за обедом в тот же день, — но эти маленькие девочки фактически ним управляют. Как будто кто-то подарил им новую куклу. Такую, с рыжими волосами и большим животом. Взгляни на это.

Близняшки сидели по обе стороны от Гарри и кормили его кусочками мясного рулета со своих тарелок.

— По-моему, это даже мило, — сказала Калиша.

Ники улыбнулся ей той самой улыбкой, которая освещала все его лицо (в том числе и синяк под глазом, который поставил ему какой-то сотрудник.

— Ты тоже, Ша.

Она улыбнулась в ответ, и Люк почувствовал укол ревности. Довольно глупо, учитывая обстоятельства… и все же это было так.

На следующий день Присцилла и Хадад сопроводили Люка на ранее не посещенный им Уровень Д. Там его подключили к капельнице, которая, по словам Присциллы, немного его расслабит. Однако в результате опыта он получил не расслабление, а озноб. Когда он проснулся, дрожа всем телом и голый, его живот, правая нога и правый бок были перевязаны. Другой врач — Ричардсон, судя по бейджику на ее белом халате, — склонилась над ним. — Как ты себя чувствуешь, Люк?

— Что ты со мной сделала? — Он попытался выкрикнуть это, но смог только издать сдавленное рычание. Кроме того, они что-то засунули ему в горло. Наверное, какую-то дыхательную трубку. Он запоздало прикрыл ладонями промежность.

— Просто взяла несколько образцов. — Доктор Ричардсон сорвала с головы свою хирургическую шапочку Пейсли, выпустив поток темных волос. — Мы не отняли одну из твоих почек, чтобы продать на черном рынке, если ты за это переживаешь. Тебя ждет небольшая боль, особенно между ребрами, но она пройдет. А пока возьми вот это. — Она протянула ему коричневую бутылочку без этикетки с несколькими таблетками внутри.

Она ушла. Вошел Зик с его одеждой. — Одевайся, когда почувствуешь, что можешь это сделать, не упав. — Зик, всегда сама внимательность, бросил одежду на пол.

В конце концов, Люк смог поднять её и одеться. Присцилла — на этот раз вместе с Глэдис — сопроводила его обратно в жилые помещения. Когда его вели на тестирование, было светло, но сейчас уже стемнело. Может быть, была поздняя ночь, он не мог сказать точно, чувство времени было утрачено.

— Ты сможешь самостоятельно добраться до своей комнаты? — Спросила Глэдис. Никакой широкой улыбки; может быть, это не работало в ночную смену.

— Да.

— Тогда вперед. Прими одну из этих таблеток. Это Оксиконтин. Они убирают боль, а также заставляют тебя чувствовать бодрячком. Приятный бонус. Утром ты будешь в порядке.

Он прошел по коридору, взялся за ручку двери своей комнаты и остановился. Кто-то плакал. Звук доносился откуда-то из-за дурацкого плаката еще один день в раю, а это означало, что он, скорее всего, доносился из комнаты Калиши. Он на мгновение задумался, желает ли он знать, из-за чего она плачет. Он определенно не желал никого утешать. И все же это была Калиша, поэтому он прошел по коридору и тихонько постучал в дверь. Ответа не последовало, поэтому он повернул ручку и просунул голову внутрь.

— Калиша?

Она лежала на спине, прикрыв глаза рукой.

— Уходи, Люк. Я не хочу, чтобы ты видел меня такой.

Он почти сделал, как она просила, но это было не то, чего она хотела. Вместо того чтобы уйти, он вошел и сел рядом с ней.

— Что случилось?

Но он и это знал. В общих чертах.

Дети были снаружи на игровой площадке — все, кроме Люка, который лежал на Уровне Д, без сознания, пока доктор Ричардсон брала свои образцы. Из комнаты отдыха вышли двое мужчин. Они были в красных халатах, а не в розовых и синих, которые носили надзиратели и лаборанты в Передней Половине, и на этих халатах не было никаких имен. Трое старожилов — Калиша, Ники и Джордж — знали, что это значит.