Открылись двери лифта, и все четверо вошли внутрь.
– Вообще-то я семерых задавил. Последнего нарочно – представил, что это Зик.
Джо с Хададом со смехом переглянулись. Люк даже проникся к ним легкой симпатией.
Когда они вышли, а смотрители снова погрузились в лифт (наверное, в комнату отдыха поехали), Люк сказал:
– После огоньков тебе показывали карточки. Это такой тест на телепатию.
– Да, я ж тебе рассказывал.
– А тесты на телекинез ты когда-нибудь проходил? Ну, просили тебя включить лампу силой мысли или сбить доминошки, в таком духе?
Джордж почесал затылок.
– Между прочим, нет. Если подумать, оно им зачем? Они ведь уже знают, на что я способен. В хорошие дни, по крайней мере. А тебя испытывали?
– Нет. Я понимаю твою логику, но все же странно, что они не пытаются проверить границы наших возможностей.
– Да тут все странно, Люкки-Пуки! Зачем нас вообще сюда загнали?.. Ладно, идем есть.
Почти все дети были в столовой и обедали, только Калиша с Авери остались на улице. Они сидели, прислонившись спиной к забору, и смотрели друг на друга. Хорошенькая чернокожая девочка и маленький белый мальчик молчали… и одновременно вели разговор. Люк сразу это понял, хотя и не разобрал, о чем они беседуют.
Вспомнились экзамены и рыжая девчонка, которая спросила Люка про Аарона и гостиницу. Это было словно в прошлой жизни, однако Люк отлично помнил свою растерянность: почему такая простая задача кому-то кажется трудной? Теперь он хорошо понимал ту девчонку. Происходившее сейчас между Калишей и Авери было ему совершенно недоступно.
Калиша обернулась и взмахом руки попросила Люка уйти.
– Ступай ешь. Поговорим позже.
– О’кей, – ответил он.
За обедом поговорить так и не удалось – Калиша не пришла.
Позже, отоспавшись (Люк сдался и все же принял таблетку оксиконтина), он вышел в коридор и замер возле открытой двери в ее комнату. Розового покрывала и подушек с рюшами как не бывало. Фотографии Мартина Лютера Кинга в рамочке – тоже. Несколько минут Люк стоял, прикрыв рот ладонью, вытаращив глаза и пытаясь как-то свыкнуться с новостью.
Если бы Калиша сопротивлялась, как Никки, шум наверняка бы его разбудил, пусть он и выпил таблетку. Скорее всего, она ушла по своей воле. В любом случае, девчонки, которая дважды поцеловала его в губы, больше здесь нет.
Люк вернулся в свою в комнату и упал лицом в подушку.
Ночью Люк махнул жетоном перед веб-камерой ноутбука, разбудил его и отправился прямиком на сайт мистера Гриффина. То, что он по-прежнему
С сайта мистера Гриффина он сразу перешел на сайт «Стар трибьюн». Сегодняшний заголовок имел отношение к битве за здравоохранение, тянувшейся уже много лет. Люка охватил знакомый ужас перед тем, что ждало его в глубинах сайта, и он едва не закрыл браузер. Потом можно очистить недавнюю историю поиска, выключить компьютер и лечь спать. Принять еще одну таблетку. Много будешь знать – плохо будешь спать… А сон ему все же необходим, верно?
Тогда Люк опять вспомнил про Ника. Как бы поступил Никки Уилхолм в данной ситуации? Тоже дал бы задний ход? Наверное, нет, почти наверняка нет, но что с того? Люк – не Никки.
Он вспомнил, как Вайнона вручила ему горсть жетонов, а один упал на пол. Она назвала его растяпой и велела поднять. Люк даже не пикнул – безропотно повиновался. Никки не стал бы поднимать жетон.
Люк Эллис был не такой. Люк Эллис был паинька и делал, что ему говорят. Выполнял все обязанности по дому, играл в школьном оркестре. Он ненавидел чертову трубу, каждая третья нота выходила фальшивой, но мистер Грир сказал, что надо непременно посещать хотя бы одну секцию помимо спортивной – и он посещал. Люк Эллис готов был поступиться своими интересами ради общения, чтобы люди не считали его, в придачу к заучке, еще и шизиком. Выполнив эту повинность – проставив все галки напротив пунктов, связанных с социализацией, – Люк с нетерпением возвращался к книгам. Ибо там его ждала бездна, а в книгах содержались волшебные заклинания, способные поднять из темноты все сокровенное, все великие тайны. Люк придавал большое значение этим тайнам. Когда-нибудь, в будущем, он, возможно, и сам начал бы писать книги.
Здесь ему светило только одно будущее: Дальняя половина. Единственная истина бытия:
– К черту смысл, – прошептал Люк и принялся изучать раздел местных новостей «Стар трибьюн» под бешеный стук сердца в ушах и пульсацию в ранах, уже начавших затягиваться под повязками.
