С целью предотвращения подобной ситуации в 1951 году была принята XXII Поправка к Конституции США, ограничивающая возможность пребывания у власти Президента двумя сроками. Однако, по мнению Д.Эйзенхауэра, в основе ее принятия лежали совершенно иные мотивы. Она "была в большей степени актом запоздалой мести, направленной против покойного Президента Франклина Д. Рузвельта, чем результатом обстоятельного юридического размышления о государственных институтах власти"1.
Во время Второй мировой войны и особенно в период "холодной войны" происходит дальнейшее усиление президентства за счет значительного расширения военных и внешнеполитических полномочий. "Вера в постоянный и всеобщий кризис, страх перед коммунизмом, вера в долг и право США вмешиваться в любую часть земного шара породили невиданную централизацию принятия решений по вопросам войны и мира в руках Президента. Вместе с тем произошло беспрецедентное отстранение других властей, прессы, общественности от принятия этих решений. Возникло так называемое имперское президентство... . И по мере того, как оно поглощало традиции разделения властей в сфере внешней политики, оно начало стремиться к эквивалентной централизации власти и во внутренней политике" [232, р. 208].
При Р.Никсоне (1969-1974) процесс усиления президентской власти пошел ускоренными темпами и в первую очередь за счет прерогатив законодательной власти. Фактически после переизбрания в 1972 году под видом реорганизации федерального аппарата исполнительной власти Никсон и его окружение попытались сделать решающий шаг к единоличному режиму правления. Появилась идея создания "суперкабинета", что означало включение главных министерских постов в состав президентского аппарата и выведение их из-под контроля Конгресса.
Значительно расширилась практика "импаундментов" - неиспользования Президентом выделенных Конгрессом бюджетных средств на те или иные программы, которая значительно ограничивала "власть кошелька". Были развернуты чистка и противозаконные гонения на неугодных чиновников, предпринята попытка поставить ЦРУ и ФБР под жесткий президентский контроль [165, с. 20]. Расширенно истолковывая прерогативы президентской власти, Р.Никсон демонстративно игнорировал Конгресс, отказывался консультироваться с его руководством и даже перестал считаться с мнением членов своего кабинета. Возникла так называемая "угроза президентства".
Белый дом посягнул не столько на корпоративные интересы законодательной власти, сколько на демократию в целом. Поэтому против "имперского президентства" выступили не только Конгресс (независимо от партийной принадлежности), но и федеральная бюрократия, пресса, общественность. Именно консолидация всего общества позволила остановить превращение президентства в режим личной власти. Разразившийся "Уотергейтский скандал" и вынужденная отставка Никсона оказали существенное воздействие на перераспределение власти между ее ведущими ветвями. Конгресс восстановил свой авторитет и возвратил часть утраченных полномочий.
С целью укрепления основ правового государства был принят ряд законодательных мер, усиливающих контроль за президентской властью: закон о военных полномочиях, закон о реформе бюджетного процесса, поправка к закону о свободе информации. Что касается президентства, то наметилась устойчивая тенденция падения престижа данного института в глазах общественности. Поэтому последующий период в эволюции президентской власти характеризуется американскими политологами как период "деимпериализации президентства" [170, с. 76].
Президентство Никсона сменилось довольно бесцветным правлением "неизбранного" Президента Дж.Форда (1974-1977) и Президента Дж.Картера (1977-1981). Два экономических кризиса, позорное завершение войны во Вьетнаме и провал попытки освобождения американских заложников в Иране не прибавили авторитета институту президентства в США. И только успешная экономическая реформа Р.Рейгана, падение "железного занавеса" и, как следствие, снижение уровня международной напряженности позволили президентству в США вернуть утраченный авторитет. А начавшийся с середины 80-х годов экономический рост и превращение США в сверхдержаву утвердили Президента США в качестве национального и международного лидера.
Однако это вовсе не означало установления всевластия Президента. В США сформировался так называемый "вьетнамо-уотер-гейтский синдром", когда игнорирование законности и решений Конгресса Белым домом рассматривается законодателями как потенциальная угроза авторитаризма со стороны Президента, пресекать которую следует в зародыше [166, с. 28].
