– Арракианская военная академия основана тысячелетия назад для обучения кадетов инженерному делу, стратегии, ведению боя и полётам. Академия делится на четыре факультета, информация о которых строго засекречена, негласные правила на каждом факультете незыблемы и обязательны для исполнения. Каждый факультет имеет свои традиции и законы, которые не подлежат обсуждению.
Сильный толчок корабля предупредил, что мы входим в тропосферу планеты. Сердце забилось сильнее, когда сидящий рядом арракианский пилот начал быстро говорить в передатчик. Слава звёздам за мой переводчик! Без него мне пришлось бы трудно.
Дарина
Ступени трапа, ведущие к тёмному зеву ангара, казались бесконечными. Я шла за арракианцем, его фигура, облачённая в тёмный, почти сливающийся с тенями, комбинезон, выделялась на фоне блестящих металлических поверхностей корабля. Высокий, поджарый, с характерным для жителей Аррака широкими плечами, он двигался с присущей его народу целеустремлённостью и какой-то скрытой напряжённостью. Часть меня горела желанием задать ему вопросы об Академии, о той самой, где, по слухам, готовили лучших воинов вселенной. Но его невозмутимое, почти воинственное молчание, а также намеренное увеличение дистанции между нами, говорили сами за себя.
Раздражение клокотало внутри, но я подавила его, нарочно замедляя шаг и изображая глубокое изучение посадочных полос и ангара Академии. О легендарных арракианских скоростных "Небусах" я, конечно, слышала. Все новостные ленты пестрили их изображениями и характеристиками. Но увидеть их вживую – это совершенно другое. Ряды новеньких, блестящих до зеркального отлива чёрных кораблей, стояли в ожидании вылета. Их корпуса, выполненные из невероятно прочного и лёгкого сплава, казались почти невесомыми. В идеально отполированной поверхности я видела свое отражение. На носу каждого корабля виднелся символ Академии –стилизованные крылья, расправленные в стремительном полёте. Поговаривали, что в разработке "Небусов" использовалась усовершенствованная технология антигравитации, позволяющая достигать невероятных скоростей без чрезмерного расхода энергии. Это объясняло их лёгкость и манёвренность. Пилотировать такой корабль, судя по всему, было бы чистым удовольствием, настоящим танцем в небесах. Воображение тут же нарисовало картину: я за штурвалом, чувствую лёгкое вибрирование корпуса под пальцами, резкий взлёт, невообразимую скорость… волнение и предвкушение полёта.
По пальцам коже пробежала лёгкая дрожь и по мгновенной прихоти, я подошла к одному из "Небусов" и провела рукой по прохладному металлу, чувствую отполированную поверхность. В данный момент для меня не имело значения разница в менталитете арракианцев и их непонятных правил, главное - получить возможность полетать на этих чёрных красавцах.
Мысль о полётах вернула меня к рассуждениям о том, какие четыре направления в Академии? Однозначно - лётное, за этим я здесь. Скорее всего, инженерная, куда уж без них. Возможно, военная стратегия и боевое направление… ведь
арракианцы в первую очередь, воины.
Я задрала голову, рассматривая сверкающий фасад обсидиановых шпилей, придающих зданию более внушительный вид, если это вообще возможно.
В своей жизни я совершала много смелых и, возможно, безрассудных поступков: прыгала с парашюта несколько раз, угоняла отцовский шаттл, чтобы доказать, что могу стать пилотом, но, мой приезд сюда, стал самым безрассудным поступком. Что вообще знаю о мире арракианцев и их окутанной тайнами Академии?
Мои размышления прервались звуками приближающихся шагов и тихими мужскими голосами с противоположной стороны истребителя.
– Не то чтобы я его осуждаю, - произнёс арракианец, появляясь из-за корпуса “Небуса” и не заметив меня. – Если бы у меня была такая женщина… А кто ты и что здесь делаешь возле моего корабля? - мужчина остановился и с суровым взглядом посмотрел на меня, как и его спутник.
Я скрестила руки на груди, игнорируя жгучие ярко-голубые глаза, резко контрастировавшие с его черными волосами и бронзовой кожей от загара. Красивый...прямой нос, квадратная челюсть, серьёзные, проницательные глаза, чёрные волосы,
немного растрепанные. Строгая, чёрная офицерская форма прекрасно облегала его тренированное тело, а на груди куртки блестела нашивка с изображением крыльев внутри черного круга, обрамленного серебряной каймой.
– Это твой корабль? Я считала, что все новые истребители принадлежат Академии.
– Верно, но я лётный инструктор, а значит, этот корабль мой, – сказал парень, нахмурившись и внимательно смотря на меня.
– Ну что ж, похоже, он теперь станет и моим, – с лёгкой улыбкой произнесла я, поглаживая истребитель для демонстрации, и на лице мужчины отразилось недовольство. О, кажется, кто-то очень бережёт свой корабль. Но в общем-то, я его понимаю – я бы отдала руку за “Небус”.