Им не хочется причинить друг другу боль, испытать неудобства, им просто хочется чего то хорошего. Но ведь так много историй с печальным концом. И у них были свои, привычные для многих ситуаций, заканчивающиеся трагично. Ничего нового не придумано! Писатели и режиссеры, известные своими лучшими творениями, донесли, постарались, что если очень хорошо, то закончиться не примерно плохо. «Ах, Ромео… и т. д.» А хотелось бы как то иначе.
Или всё бросить? Как вариант! Нет? Не хотелось бы! Только не сейчас! У них еще не произошло ничего плохого, обидного, безответного. Еще нет разочарований и не оправданных надежд и причин так думать. Хорошо, если б они так и не появились никогда, если такое возможно.
Да понятно, что завтра может и не быть. Чего проще, не обещать, не делать. А если оно будет, это завтра? И история вновь повториться? И вот, как это не банально, уже наше «сегодня», превратиться в «вчера» и останется в памяти неизменно, а там у каждого уже столько всего, затеряется, забудется наверняка. Всё не так уж важно!
А если было б так- «Я думала о тебе вчера» «Я тоже…» Приятно!
Может в этом и заключается цель их случайного знакомства, если предположить что всё происходящее не случайно. Ничего не создавая, а главное не разрушая созданное до этого, не планируя, не претендуя, не ограничивая свободы каждого, не обижаясь, не обратив внимания на детали, и тем более на обстоятельства. И еще не делая всего того что может причинить боль, уж они это знают, думать только хорошее в любое удобное время. И не убеждаться в том, что это не так. Наслаждаться и получать удовольствие, оставаясь самим собой, больше не чего. Возможно ли это? — Надо подумать!
Не хотелось думать о предстоящем путешествии в Европу, каким бы привлекательным оно не казалось, было убеждение, что всё пошло не так. Это ошибка.
В свободное время все мысли её были в воспоминаниях о Димочке, которые на экране её подсознания транслировала память не прекращая.
Ей вспоминалось, как он приехал к ней неожиданно, вечером не предупреждая, просто мимо проезжая заскочил выпить чай. В нем было ребячество такое теплое живое, им было так хорошо вдвоем, а потом неожиданно он открыл крышку старого фортепиано и заиграл знакомую композицию Бетховена «Лунную сонату» наизусть, так точно и артистически красиво, было изумительно его слушать, если бы к тому же был лучше настроен инструмент, это было немного заметно, но он играл и музыка узнаваемо звучала. У него было обыкновенное музыкальное образование, которые многие получили с детства, но при этом была великолепная память, она не раз эти свойством восхищалась как чудом. Он наизусть читал длинные стихи, а в этот вечер еще и играл разные музыкальные произведения, оставляя неизгладимые впечатления.
Вспомнился телефонный разговор случившийся между ними почти в самом начале их общения. На вопрос «когда он приедет в следующий раз?» он сказал жестким тоном, что «Сам не знает». И это обидело её, даже задело за живое, и она высказала ему «Что он не смеет с ней так себя вести, что она никакая-нибудь коробка от обуви, которую можно достать и убрать подальше в шкаф…и эта фраза, взявшаяся не откуда рассмеши её, и они вдвоем засмеялись, вместо того чтобы поссориться. И так было не раз. Разговор заходил на острые грани, но поругаться или обидеться не получалось.
«Не заставляй меня оправдываться. Никогда не стыди меня…»— как-то раз он сказал ей и произнес это так легко, нежным тоном, даже любя.
«Ты обнаглел»— фраза, которую произносила она, улыбаясь лукавой улыбкой, если его действия были неприлично навязчивыми, ему нравилось, и его глаза загорались. «Я пошутила»— оправдывалась она, если её выражения или действия были слишком развязанными, добавляя «Больше не буду!» и каждый раз повторяла, как специально. Такие мелочи, слова, фразы, как пороли, которые знали только двое, теперь с особенной нежностью вспоминались.
Однажды она прикрикнула на него. Он так же заехал на несколько минут, а потом уходя в прихожей торопливо застегивая куртку, увлекся своими делами и так заторопился, что не обращая внимания на неё рядом, когда она ждала привычного поцелуя на прощания, когда он уже такими же спешащими движениями открыл дверь и почти ушел, она резким командным тоном жестко произнесла «Стоять!» и это на него сработала мгновенно, прямо на подсознание. Он буквально замер. Видимо такими командами мало кто осмеливался на него кричать, но ему это даже понравилось.
Один раз выходя он встретился с молодым человеком, который спускался в эту минуту по лестнице, и узнал его. «Здравствуйте, Дмитрий Сергеевич» произнес парень. Здравствуй. И парень быстрее зашагал, пока Дима наоборот замедлил прощание в дверях, чтобы не продолжать неожиданную беседу. Всё-таки директор престижного бизнеса, владелец известной торговой марки, которая у всех не раз была на устах, а для неё котик ласковый Димочка, она не всегда это замечала.
