- Простите, госпожа Арика. Советник Юлиус требовал срочной встречи с Вами. – Сара поспешно сбежала, а советник прошел в комнату и, бросив беглый взгляд на эскизы, присел на стул так и не дождавшись моего приглашения.
- Я Вам помешал. Приношу свои извинения. – Сожалением здесь и не пахло.
- Девушки уже уходят. – Поняв мой намек, портнихи собрали рисунки и оставили нас с гостем одних.
- А Вы умеете удивлять. Ваш план заключается в соблазнении мужа своими прелестями? -Ехидно улыбнулся мужчина.
- Это всего лишь личный взгляд на моду. Мы с девушками обсуждали свои женские дела, и я сожалею, что Вам пришлось стать свидетелем этого.
- О, прошу, не сожалейте! Теперь мне будет о чем поговорить с женой за чашечкой чая перед сном.
- У Вас есть жена?! – Искренне удивилась этой новости, а Юлиус рассмеялся.
- Почему все так удивляются, когда узнают что я женат? Неужели, произвожу впечатление закоренелого холостяка?
- Производите впечатление человека не заинтересованного искать женского общества. – Ответила уклончиво.
- Действительно, я не ищу женского общества. Мне вполне хватает моей супруги. И смею заверить, она совсем не угнетенная молчаливая мученица, какой ее представляют некоторые.
- Буду иметь это в виду. Если мне доведется обсуждать вашу жену, то я выскажу своему собеседнику эту точку зрения.
Мы улыбнулись друг другу и на этом разговор на отвлеченные темы был закончен. Советник сообщил, что подготовил все документы и провел работу по поиску дополнительных сведений о моем муже. Завтра утром должно состояться первое заседание суда, на котором станет ясно – расторгнут наш брак сразу или нет. От меня Юлиус требовал только подписи договора, который мы обсуждали на прошлой встрече.
- Я хочу присутствовать завтра на заседании суда.
- Это совершенно не нужно. Вполне достаточно, что я (законный представитель), буду присутствовать там.
- Вы отказываете мне?
- Да, будете только мешать.
- Я буду молча сидеть в сторонке и не издам ни звука. – Попыталась убедить его в невинности своего желания.
- Сомневаюсь. Вам может не понравиться то, что услышите на суде, а я не горю желанием успокаивать расстроенных и рыдающих женщин, если они не являются моей женой.
- Могу поклясться, что не буду рыдать! Это не входит в мои планы.
- Вы можете поклясться в чем угодно, а потом побежит мышь, смениться ветер, мужчина в дальнем левом ряду косо посмотрит на ваше платье, и вот, госпожа уже в слезах топит здание суда. А мне придется ловить на себе недовольные взгляды судьи, что не предпринимаю попыток кинуться успокаивать женщину.
Решила сменить тактику.
- Скажите, Юлиус… почему мой муж Вас не любит?
- Что, простите? – Мужчина явно не ожидал этого вопроса.
- Когда он узнал что Вы приходили ко мне, то разозлился. Показалось, что Вы с ним не ладите.
- Скажем так, мы с ним встречались несколько раз в суде и он остался не совсем доволен моими методами сбора информации.
- Боюсь предположить что это за методы… Вы пытаете людей?
Юлиус скупо улыбнулся на неудачную шутку.
- Слухи, госпожа Арика. Я собираюсь слухи. Зачастую они не самые приятные.- Он пожал плечами.
- Разве суд принимает во внимание слухи? Это же просто болтовня за чашкой чая.
- Давайте Вы не будете лезть в методы моей работы!
- Тогда разрешите не мучатся догадками, а посмотреть на ваши методы со стороны.
- Черт с вами, Арика. Если так хотите, то можете присутствовать завтра, но я предупреждаю - не желаю слышать даже вашего дыхания!
Ну вот. Разрешение выбила, но настроение подпортила. Любопытно… Оаланта знала, что у Георга с Юлиусом свои личные счеты?
На заседание суда меня собирала целая толпа. Две служанки, Кира, Оаланта и одна из портних - пытались подобрать подходящую к этому событию одежду. Беда была в том, что все они никак не могли сойтись во мнениях. Одна половина неравнодушных считала, что я должна одеться скромного и элегантно - дабы вызвать симпатию и жалость. Другая половина, была уверенна, что одеться нужно эффектно, чтобы сразиться Георга и всех присутствующих наповал. Сборы затягивались, у меня начинала болеть голова, пора было что-то делать. Волевым решением, я приняла сторону первой половины советчиц. На создание образа эффектной дамы уже не оставалось времени.
Оаланта хотела пойти со мной на заседание, но не решилась. Она боялась попасть под горячую руку Георга. Брат уже не раз говорил, что ее вмешательство в его личные дела ему порядком надоели. Отсылка в поместье мужа висела над Оалантой дамокловым мечом, а она не горела желанием возвращаться под крышу его родителей. Сосуществовать с ними в одном доме было для нее пыткой. Бесконечные наставления и ограничения так щедро радовались матушкой Томаса, что пагубное пристрастие ее супруга к алкоголю было вполне объяснимо. К счастью, Томас это понимал и не ограничивал супругу в передвижениях.