Интегральная медитация полностью

Можно добавить, что появляющийся в результате новый подход не основывается на абстрактной рациональности или логике: он основывается на чувствах и исходит прямиком из сердца, а не из головы; мышление нужно отключать, а к чувствам подключаться. Сердце является основой всей доподлинной истины, которая только возможна, и оно должно быть «воплощено» – заземлено в чувствах, а не мыслях. Все предшествующие подходы являются «старой парадигмой», а этот новый подход – «новая парадигма». Старая парадигма является рациональной, аналитичной, разделяющей, ньютоновско-картезианской, эгоцентричной, ненавидящей и отрицающей Землю, сексистской, расистской, колониалистской, выстроенной на вопиющем коммерциализме, стремлении к наживе и выгоде. Тогда как новая парадигма сонастроена с «новой» физикой (то есть квантовой физикой, которая, правда, уже перевалила за столетний рубеж) и является экоцентричной, а не эгоцентричной; она базируется на партнёрстве, заботе и любящей доброте; она холистична и органична (а не раздроблена и механистична) и «конгруэнтна» теории систем; она феминистична, геецентрична[27], центрирована на планете Земля и глокально[28] направлена (то есть объединяет глобальные и локальные подходы).

Итак, первое, что вы, возможно, захотите сделать, если данная стадия представлена в значительной мере, это уделять особое внимание тому, как она сама себе противоречит. Так, социальные философы подвергли её серьёзным нападкам за то, что она совершает нечто известное как «перформативное противоречие». Эта сложная фраза попросту означает ситуацию, когда в своём собственном поведении вы проявляете то, что, по вашим заявлениям, вообще нельзя делать или что делать совершенно аморально. Иными словами, вы сами делаете то, что, по вашим утверждениям, никто не должен делать и что вообще делать недопустимо.

Ранее мы уже упоминали, что данный плюрализм или релятивизм (под релятивизмом понимается более интенсивный вариант плюрализма) утверждает, будто всякое знание есть социальная конструкция, основывающаяся на интерпретации; наука не более реальна, чем поэзия, ведь и то и другое суть интерпретации и социально сконструированные феномены; все смыслы зависят от контекста, из чего следует, что не существует универсальных истин, а есть лишь локально и культурно обусловленные и социально сконструированные истины. Однако тот же самый плюрализм верит, что любое из данных утверждений не является только лишь интерпретацией или социальной конструкцией, – он верит, что они верны для всех людей во все времена и во всех культурах (таким образом, плюрализм выдвигает утверждение об универсальной истинности того факта, что универсальных истин не существует… с таким же успехом можно написать десятитомную работу, доказывающую утверждение о том, что писательство не существует). Хотя плюрализм и заявляет о том, что не существует воззрений, которые превосходили бы другие, и что ни у кого нет права говорить другому, что истинно, а что ложно, сам он откровенно верит в то, что его собственное воззрение истинно и что все, кто с ним не согласен, ошибаются; его воззрение превосходит другие в мире, где ничто, казалось бы, не должно быть выше чего-либо другого.

Стало быть, вы, возможно, захотите отслеживать, как сами осуждаете людей за то, что они кого-то осуждают; или то, как вы свысока смотрите на людей, которые допускают какое-либо ранжирование; или чувствуете себя некомфортно в присутствии кого-то, кто полагает, будто сам он знает истину, а другим она недоступна. В таких эпизодах вы будете видеть, что делаете в точности то же самое, за что порицаете других. Вы осуждаете их за то, что они осуждают; вы ранжируете их за то, что они ранжируют; вы чувствуете, что обладаете истиной, а не они, когда они заявляют о том, что знают истину. Быть может, вы будете говорить что-то вроде: «Твоя правда – это твоя правда; я и не подумаю навязывать тебе свою», – однако вы серьёзно возражаете против людей, которые придерживаются иного взгляда, нежели того, что выражается этим вашим убеждением. На самом деле вы бы хотели навязать свои взгляды людям, которые навязывают свои взгляды другим людям. Если вкратце, вы хотите относиться ко всем людям равным образом, но открыто или тайно недолюбливаете тех, кто не разделяет данного вашего воззрения. Так что вы сами совершаете именно то, что, по вашим же словам, делать нельзя. Факт остаётся фактом: пусть зелёный и говорит, будто он относится ко всем людям одинаково и видит всех людей как равных, однако он с пренебрежением относится ко всем оранжевым ценностям (в особенности к капитализму, бизнесу, выгоде, достижениям и признанию превосходных результатов), равно как и ко всем янтарным ценностям, интегральным ценностям и так далее.