Поэтому он не видел, как та, дыша тяжело и хрипло, всё же смогла запустить ладонь в скрытый кармашек на юбке: чтобы достать оттуда кольцо.
— Прости меня, — произнёс Советник. Еле слышно, так и не решившись обернуться. — Ты была мне… не как дочь — ты была мне дочерью. Но между личным и важным правитель всегда выберет второе.
А Навиния отчаянно пыталась надеть кольцо одной рукой. Держа серебряный ободок кончиками пальцев — большого и среднего, немилосердно дрожащих — кое-как приблизила его к указательному, украшение скользнуло на ноготь…
Замерло, так и не продвинувшись дальше.
Принцесса вдохнула. Глубоко, жадно, судорожно.
И выдоха не последовало.
Леттэ Авэндилль из дома Эльскиар поднималась в свои дворцовые покои, когда столкнулась на лестнице с тэльей Фрайндином.
Брат Повелителя эльфов спускался вниз, ей навстречу: задумчивый, отрешённый, печальный. Но, завидев Авэндилль, всё же улыбнулся в ответ на её церемонный поклон.
Прежде чем остановиться.
— Лучезарная леттэ, ваш взор сияет столь же ярко, сколь всегда сиял на моей долгой памяти, — проговорил Фрайндин. — Так радостно видеть кого-то, кто в эти тяжёлые дни не позволяет себе погрузиться в пучины отчаяния.
— Зато ваш взор, пресветлый тэлья, затеняет грусть. И это заставляет ваш народ скорбеть вдвойне. — Авэндилль грациозно вскинула голову. — Я уже пыталась выразить вам своё сочувствие и свою скорбь из-за наших возлюбленных принцев, но тогда у меня не хватило слов. Не хватит и теперь. Скажу лишь, что они были столь же дороги моему сердцу, сколь их прекрасная мать, и гибель их печалит меня в той же мере. — Она мягко коснулась ладони Фрайндина кончиками пальцев. — Однако вам не стоит заживо погребать себя в бездне тоски. Сейчас вы должны быть поддержкой вашему венценосному брату, нашему благородному Повелителю… ведь ему тяжелее, чем всем нам.
— Их гибель не подтверждена, — помедлив, откликнулся эльф. — И надежда, что они вернутся домой, ещё есть.
Он смотрел собеседнице в глаза, и с губ его вдруг ушла улыбка, а взгляд потерял всю отрешённость. Сделался живым, внимательным, пристальным.
Под этим взглядом Авэндилль опустила руку. Степенным, выдержанным жестом.
— Конечно, есть, — она не опустила глаз, встретив внезапное внимание Фрайндина без всякого смущения. — Все Дети Солнца уповают лишь на это. Однако, зная жестокость тёмных… шансы так невелики, и я, как и многие из нашего народа, готовлю своё сердце к худшему исходу. Тем отраднее будет потом признать, что мы ошиблись.
— Я понимаю, — Фрайндин снова улыбнулся. — Благодарю за слова поддержки.
Но взгляд его остался прежним. Цепким, даже немного колючим.
Зимним.
— Это самое ничтожное из того, что я могу дать вам, и, увы, это всё, что я могу. — Авэндилль снова склонила голову, изящно, словно в танце. — Не смею далее занимать ваше время, пресветлый тэлья. Я и без того довольно задержала вас на пути, куда бы он ни вёл… да озарит Солир вашу нелёгкую дорогу.
— Как и вашу, лучезарная лэтте.
Выпрямившись, Авэндилль продолжила своё шествие по ступенькам. Не оглядываясь на брата Повелителя эльфов, который пару секунд ещё смотрел ей в спину — прежде чем, отвернувшись, тоже продолжить путь. Если лицо Фрайндина сделалось ещё более задумчивым, чем до этой встречи, то Авэндилль казалась абсолютно невозмутимой… по крайней мере, пока не закрылась в своих покоях.
Оказавшись внутри, эльфийка прислонилась спиной к двери. Прикрыла глаза. Выдохнула так долго и прерывисто, будто всё это время шла, затаив дыхание.
Рывком отстранившись от светлого дерева, направилась к туалетному столику.
Нужно быть осторожнее, подумала она. Игра ещё не окончена. Расслабляться рано. И следует по-прежнему контролировать каждое слово, каждый жест… каждый взгляд.
Треклятые принцы. В следующий раз лучше промолчать вовсе. Немая скорбь, лишающая дара речи — это представление уже сработало в прошлом.
Авэндилль вновь открыла шкатулку с украшениями. Взяла в пальцы небольшой, с палец, белый кристалл: ценная штучка, изготовленная магами. При активации оглушает и слепит всех вокруг, кроме тех, кто успел вовремя закрыть глаза. Вторая безделушка, которую Авэндилль в своё время приобрела тайком… но эту — как замену охране. Всего-навсего. Ведь в некоторые свои путешествия взять охрану Авэндилль никак не могла, а между тем путешествия эти были довольно опасными. Потому и купила кристалл — ещё восемнадцать лет назад.
Перед той самой вылазкой к человеческому ювелиру.
Эльфийка достала малахитовый перстень со смертоносным секретом. Повертела в руках, надеясь, что Фрайндин не начал ничего подозревать. Ведь если начнёт, то может вспомнить ту встречу в саду… нет, не ту, с которой всё началось, ибо там его не было — но другую, уже с его участием.
Бедный, бедный Фрайндин. Если б он только знал, что невольно поспособствовал смерти невестки…
Авэндилль мельком улыбнулась. Потом — резко перестала.
Потому что память в который раз за эти годы вернула её к началу истории.
