Я проснулся за час до полуночи, от сигнала моей сторожевой сети. Вечером, когда после нашего брудершафта Даша заснула, я потихоньку выбрался из кровати и вышел во двор. Для начала занёс в дом все, что стояло на столе летней кухни, затем обошёл всю территорию по периметру и настроил свою сторожевую сеть, которую разработал ещё в Новосибирске, проживая в женском общежитии. Заглянул даже в баньку, которая почему-то оказалась открытой. Выходя, взял с полочки замочек и закрыл на него входную дверь. Подумав, я закрыл на навесные замки и сарай и летнюю кухню, хотя воровать там было нечего. А вот, порядок должен быть везде. На входные ворота поставил дополнительную сигнализацию, которая сразу выдаёт сигнал, как только в ночное время кто-то просто подходит к воротам. Проверил забор, идущий вдоль улицы, и заткнул обнаруженные в нем дырки, через которые можно было видеть часть двора или дома.
И вот сейчас, моя магическая сеть посылала мне тревожные сигналы. Я выскользнул из Дашиных объятий и наложил на неё купол невидимости. Теперь любому вошедшему сюда комната покажется пустой. Затем одевшись, тихо ступая, вышел во двор. Ночь была безлунная, тихая и звёздная. Стояла оглушительная тишина, нарушаемая только редкими паровозными свистками, доносившимися до нас с Киевского вокзала, и далёким буханьем парового молота, расположенного бог весть где. Где-то побрёхивала собака. Я включил ночное зрение, и все вокруг для меня стало серым и тусклым, как в пасмурный день, но зато все детали хорошо просматривались.
Я видел, как через забор рядом с воротами перевалила тёмная фигура, затем, подсвечивая себе фонариком, подошла к воротам и открыла их, распахнув настежь. Во двор вошла лошадка, впряжённая в телегу и ведомая за узду невысоким худеньким пареньком. Заведя её во двор и сразу же развернув мордой к воротам, он забрался на телегу, не собираясь с неё никуда уходить.
Зашедшие за лошадью во двор люди, я насчитал троих, ворота за собой аккуратно прикрыли. Один, здоровущий как лось мужик, безбородый и коротко стриженный, выдвинулся вперёд, направляясь прямо к ближайшему входу в дом, то есть к моей половине. За ним крадучись, мягким стелющимся шагом шли двое молодых мужчин лет 25-27 на вид. Лица настороженные, глаза широко распахнутые, головы медленно поворачиваются, осматриваясь вокруг. На каждого вора накинул свою метку. Теперь я мог это сделать в пределах прямой видимости до сотни метров от "объекта". Здесь же нас разделяло не более двадцати метров.
Вот идущий первым Лось, как я его окрестил за крепкую и коренастую фигуру, взошёл на крылечко и стал возиться с замком.
Буквально через две минуты он открыл дверь и, шагнув внутрь дома, зажег фонарик. За ним зашли оставшиеся двое. Свет от фонарика был слабый и на улицу, через окна первого этажа, пробивался лишь слабый его отблеск.
Одновременно с этим я начал действовать. Сначала я просто усыпил возчика на телеге. Он мягко откинулся на спину, выронив вожжи из рук. Почувствовав свободу, лошадка стала щипать травку, растущую во дворе в большом количестве.
Тем временем воры успели осмотреть и верхнюю комнату и обнаружить, что она пуста.
— А где постоялец-то, Чепа? — прошипел один из них.
— Значит он у Дарьи, на её половине, — ответил тот вполголоса.
— Разворачиваемся и все идём туда, — скомандовал первый голос.
Услышав этот приказ я, зашёл обратно в дом и закрыл за собой обе входные двери на замок и на крючок. Дверь со двора вела в небольшие сенцы, а уже там была входная дверь, ведущая в комнату.
Встал чуть сбоку от окна, из которого была видна часть крыльца. Вскоре в замке заскрежетало, и он щёлкнул, открываясь. Однако дверь даже не шелохнулась. Вор понял, что она закрыта ещё и на крючок, о чём он и сообщил своим подельникам, тихо матерясь при этом.
Один из воров пошёл к телеге и принёс оттуда небольшую переносную лестницу, которую приставили к стене под окном. Другой, это уже был не Лось, быстро взобравшись на верхнюю ступеньку лестницы, действуя ножом, снял штапики со стекла и вынул его. Затем просунув руку, освободил шпингалеты и открыл обе створки окна.
Мне оставалось только восхищаться, слаженностью и быстротой действий воров. Я наложил на себя магему скрыта, выпадая из их поля зрения. Вот, вскрывший окно вор уже проник в комнату, подошёл к двери и скинул крючок. Но дверь была закрыта и на замок, а с замками у них лучше справлялся Лось, которого зашедший и позвал шипящим шёпотом:
— Кувалда, лезь сюда, здесь замок.
— Надо же, — хмыкнул я про себя, — тоже подходящая для этого медвежатника кличка.
Замок против Кувалды не продержался и минуты. Дверь открыли, крючок с внешней двери сбросили, дом был полностью вскрыт. Проникновение в чужой дом с взломом было налицо. Но я решил подождать чуть-чуть. Требовалось понять, зачем они пришли. Если только за вещами, то почему не стали брать мои вещи, а пошли к Даше.
Кувалда включил фонарик и осмотрел кухню и комнату за печкой.
— Внизу никого нет, — шёпотом сказал он.
— Чепа, проверь верхний люк на лестнице.
