-Кэрри,- сказал я, стараясь, чтобы голос звучал нежно,- я лишь хочу помочь тебе. Ты призналась мне в любви, и ты уверена, что твои чувства искренни. Так почему бы тебе не принять это лекарство? Оно лишь приведет в порядок твои мысли и душевное состояние…
-Я знаю, что сейчас чувствую, и я еще никогда не была так счастлива, как в эту минуту. Я там, где я должна быть, и с теми, кто меня уважает, ценит и понимает. Так почему ты хочешь отнять у меня это?- ее глаза увлажнились.
-Я не отнимаю.- В ладони Кэрри вновь появилась золотая пилюля.- Я дарю… Я верю, что твои чувства не изменятся, а если это все же произойдет, то я обещаю тебе, что вновь завоюю твое сердце. Пожалуйста, сделай это ради меня.
Купидон зарыдала. Для нее это было действительно тяжело. Она не верила в то, что больна, и все же боялась, что это может оказаться правдой, а значит, ее чувства ко мне могут быть вызваны ее болезнью.
Осознание того, что она может потерять свои чувства ко мне, пугало ее и причиняло боль. Особенно теперь, когда она наконец встретила того, кто не оттолкнул ее, а всецело принял.
-Что это еще за сопли?!- буркнула Харли, деловито положив руки на талию.- Ревешь так, словно тебя попросили сердце вырезать. Примешь таблетку и сразу же полегчает, вот увидишь. Смотри на меня, я приняла и, как видишь, в порядке. Так что хватит ныть!
Удивительно, но слова Квинн и вправду успокоили Купидона. Она шмыгнула носом, закрыла глаза и проглотила пилюлю не глядя, даже не смакуя ее вкус.
Харли, не выждав и секунды, принялась справляться о самочувствии подруги.
-Ну что? Внешне ты никак не изменилась, так что это уже плюс!- важно заметила она.- Как себя чувствуешь? Хочешь пить? Есть? Спасть? Бегать? Или, быть может, в туалет?!
-Харли, дай ей наконец собраться с мыслями,- покачал я головой.- Она пытается разобраться в себе, так что…
Договорить мне не дали: Кэрри кинулась в мои объятия и заключила меня в поцелуе. Это немного сбило с толку, но я сразу же поддался ее страсти и, крепче прижав к себе, стал жадно целовать.
Когда мы отстранились друг от друга, лучница, лучась счастьем, сообщила, что ее чувства нисколько не изменились:
-Меня все так же тянет к тебе. Я не хочу отпускать тебя ни на мгновение,- прижималась она к моей груди.
Но я заметил, что она изменилась: глаза ее обрели ясность и в ней чувствовалось понимание своих действий. Я более чем уверен, что болезнь ее прошла или, по крайней мере, взята под контроль.
Стало быть, ее нынешнее проявление любви настоящее. Видимо, ее недуг был не просто навязчивой одержимостью рандомным человеком, она в самом деле влюблялась в своего партнера. Хоть это было и гиперболизированным проявлением любви, эти чувства были искренними. Поэтому я остался в ее сердце даже после того, как она излечилась.
-Ах, как это трогательно,- смахнула Харли одинокую слезу и в следующий же момент разразилась диким смехом:- А-ха-ха! Я же сказала, что тебе нечего бояться! Слушай арлекина — и все будет хорошо! Нам не хватает лишь фейерверков, чтобы еще больше раскалить любовную атмосферу. Эх, жаль, что мы в прошлый раз убрали отсюда бомбу Джокера. Он бы идеально подошел в качестве радостного салюта!
Ага, и заодно подорвал бы мост, чтобы еще больше увековечить этот момент.
-Что ж, хорошо, что все хорош закончилось?- усмехнулся я.
-Закончилось? Это не конец!- возразила Купидон.- Харли мне так много рассказывала про это место, где у вас с ней был первый секс, что я тоже захотела сделать это здесь!
Кхм, вот так заявление…
-Я только за!- радостно воскликнула Харли, поддержав решение своей подруги.- И тоже хочу поучаствовать в этом!
Второе удивительное заявление! Пожалуй, это самые горячие слова, которые я только слышал. Здесь я совершенно бессилен, ибо отказать двум прекрасным сумасшедшим дамам, напирающим на меня вместе, — выше моих сил.
Кэрри запрыгнула на меня, обхватив ногами за талию и осыпая поцелуями. Харли стянула с себя одежду и, оставшись абсолютно голой, следом кинулась в мои объятия.
***
+ 1 к характеристике Жены Короля
Поздравляем, у вас еще одна спутница, согласная провести свою жизнь с вами.
+ 5 к Выносливости
***
Прошла неделя с той ночи на мосту, и за это время произошло… ничего!
Я говорю о Суде Сов и прочих неприятностях. Пернатые за эти семь дней ничего не сделали, во всяком случае, публично.
Каждый день ждать от них подвоха, нападения, взрывов, перестрелок и прочих предосудительных прелестей слишком напряжно. Поэтому я совершенно на них забил! Мне и без совиного двора есть чем заняться, так что, оставив мелкие проблемы Бэтмену и Найтвингу, я с головой погрузился в работу.
Однако работа всю эту неделю была исключительно дневным занятием. Ночь я отводил дамам своего сердца: ходил на свидания и просто отлично проводил с ними время.
Кто решил, что я должен постоянно быть настороже? Если каждую секунду думать о плохом, как Бэтмен, то жизнь пролетит в сплошной унылой серости, да так, что и заметить не успеешь.
