-Да, знаю. Только тебе стоит быть осторожнее, Алекс.- Ее голос звучал встревоженно.- Этот город может быть очень недоволен тем, что его хотят сделать лучше.
Почему у меня такое чувство, будто мадам Александра прекрасно знает, как устроена верхушка готэмской власти и даже ее темная сторона?
Она и ее муж — одни из самых уважаемых людей Готэм-Сити, оба наследники семей-основателей города. Как-то раз сэр Максвелл с прискорбием признался мне, что на нем с женой прервется их совместный род, насчитывающий несколько поколений, потому что их единственный сын погиб.
Но я хочу сказать, что теперь, благодаря мне, есть шанс, что веточка на их генеалогическом древе все же появится. И я не говорю о себе, как о продолжателе их рода, я говорю о том, что теперь у пары есть возможность самим зачать еще одного ребенка!
Мадам Александра и сэр Максвелл помолодели и обрели дополнительные сто лет жизни, приняв мой подарок — эликсир Ямы Лазаря, который я привез им едва ли не на следующий же день после того, как учеными Вавилона данное лекарство было создано.
Я несказанно рад, что пара Харрисов приняла эликсир без уговоров. Послушав меня тогда, они сказали, что это их шанс начать новую жизнь и возможность остаться рядом со мной подольше. А я тем временем осторожно намекнул им, что они вполне способны дать жизнь новому человеку. Думаю, они очень даже поняли, что я имел в виду. Что ж, буду держать за них кулачки!
Но это я отвлекся. Итак, мадам Александра в силу своего возраста и положения вполне может быть в курсе того, в чьих руках сосредоточена власть. И зная, что люди эти не порядочные, а мое влияние на общественно-значимые процессы в городе быстро растет, она беспокоится о том, что мне могут, мягко говоря, навредить.
Я только хотел уверить ее, что не о чем тут беспокоиться, как из телевизора раздался твердый женский голос, и мадам Александра резко и нервно вздрогнула.
Сжимая правую руку в кулак и стараясь сохранить на лице спокойствие, она подняла на экран холодный, ненавистный взгляд.
В телевизоре пожилая благородная особа лет шестидесяти выступала с трибуны перед публикой, излучая уверенность и внутреннюю энергию. Ее манера говорить и умение держать себя были отточены почти до идеала. Она производила впечатление мудрого и опытного человека. А паутинки мелких морщин на ее узком строгом лице и седые, собранные в элегантный пучок волосы словно бы служили подтверждением ее мудрости и искушенности.
Но взгляд, снисходительный и надменный, который не каждый, увы, был способен уловить, говорил о том, что эта мадам привыкла ставить себя выше других.
«
