- Хорошие, - со вздохом кивнул Григорий, - он мне стал, как отец родной, и именно это меня и тяготит. Я не хочу здесь всю жизнь просидеть. Я уже кандидат наук, но теперь я чувствую, что я этого не хочу. Я хочу денег, и много денег, хочу стать предпринимателем.
- Так уйди из института, - после некоторой паузы сказала Таисия Александровна, - конечно, мне бы этого не хотелось, сейчас так мало людей идут в науку, но ничего не поделаешь, если душа к этому не лежит.
- Подождите, - покачал головой Григорий, - вы не поняли, я не хочу тут работать. Но уйти не могу.
- Почему? – безмерно удивилась Таисия Александровна.
- Чувствую некоторую ответственность перед Артемом Геннадьевичем, мне просто неудобно перед ним.
- Григорий, перестань. Что за блажь тебе в голову взбрела? Если ты не хочешь, то можешь не работать тут, никто тебя не осудит. Это только твоё личное дело.
Но Григорий не ушёл, и продолжал работать с Колесниковым,
а потом с Артемом Геннадьевичем случился сердечный
приступ, и через месяц Полунин ушёл из академии.
- Я видела Полунина пару раз по телевизору, - сказала мне Таисия Александровна, - он неплохо развернулся, и теперь богатый человек. Жалко, конечно, что Колесникова не вернуть, он был прекрасным учёным.
- А чем на практике занимался Колесников? – осторожно спросила я, - это ведь не просто академия, а научно-исследовательский центр.
- Верно, - кивнула головой Таисия Александровна, - он занимался НАНА технологиями, и очень в этом преуспел. Но многие свои работы он не закончил, а продолжателей этого не нашлось, и они легли в архив.
- Понятно, - растерянно протянула я, - а Инну Петровну вы знали?
- Она приходила не раз в институт, довольно приятная женщина, красивая, с танцующей походкой. Впрочем, говорили, будто она деткам высокопоставленных того времени вальс преподавала. Очень может быть, я этого не исключаю. Вообще, у них счастливый брак был, и трое детей родились. Только вот дети, в отличие от своих родителей, у них такие уродились!
- А что такое? – заинтересовано спросила я.
- Наверное, вы уже знаете, что Колесников был очень богат? Патенты, он очень многое изобрёл, в основном по части компьютеров, и получил огромные деньги благодаря этому. До сих пор деньги на счета капают, он сколотил себе немалое состояние.
- Прибыльный это бизнес – компьютеры, - задумчиво сказала я.
- Конечно, прибыльный, - со вздохом кивнула она, - только я к чему веду, дети постоянно у Артема Геннадьевича деньги требовали.
- Они и у Инны Петровны требовали, - пожала я плечами.
- Значит, вы в курсе, - посмотрела она в окно, - и они не просто просили, а именно требовали. Я стала свидетелем неприятной сцены, когда их дочь пыталась выжать у отца деньги на новое ожерелье. Она орала на весь институт. Впрочем, и сыновья такие же.
- А как зовут их детей?
- Виолетта. Андрей и Александр, последний вообще отморозок.
Думаю, он теперь счастлив, когда мать умерла. Насколько я знаю, у него были какие-то проблемы по бизнесу, и он просил у матери денег. Мы с Инной Петровной как-то перезванивались, и она пожаловалась. А мне её так жалко стало, она мечтала о дочери, которая бы её понимала, мечтала о такой дочери, которая была бы ей ещё и другом, соратником. Да только Виолетта к матери относилась, как к мебели. Орала на неё, рявкала, никогда нормально не разговаривала.
Она мне дала информацию к размышлению, сев в машину, я задумчиво постучала коготками по рулю.
Вдруг в памяти всплыли слова Алевтины, что Александр с ходу стал орать, когда она вызвала милицию.
Чертобесие! Я не верю, что человек мог убить свою мать ради
денег. Впрочем, всякое на свете бывает, и у меня зародились сомнения.
Мой мобильник взвыл в сумочке, и я увидела стационарный номер, высветившийся на дисплее.
- Слушаю, - нажала я на кнопку.
- Викуль, а что с твоим джипом? – спросила Анфиса Сергеевна, - я спустилась сегодня в подвал, чтобы взять варенье, и обнаружила твою машину в гараже.
- Просто я на « Мазератти » уехала, - объяснила я ей.
- Знаешь, у меня создалось впечатление, что ты во что-то опять влезла, - неодобрительно воскликнула моя свекровь, - давай, голубка, колись. Опять в расследование полезла, пока Макс отсутствует? Думаю, ты не захотела светиться на красной машине, и потому взяла серебристую.
Однако, у меня проницательная свекровушка.
- Вы абсолютно правы, - со вздохом сказала я.
- Понятно, ладно, разбирайтесь там сами, - и она отключилась.
