Разумеется, итальянцы и греки не были единственными участниками этой смертельной игры. Аборигены с первого дня внимально следили за ее ходом, испытывая самые сложные и противоречивые чувства. Но Мантовани давно принял на вооружение древний римский принцип "разделяй и властвуй" (на самом деле британский, но солдатам об этом знать необязательно). До поры до времени аборигены не были помехой. Некоторые даже помогали - обычно, за некий процент от трофеев; другие, получив хорошую трепку, отступили в сторону и старались не мешать; иных удалось стравить друг с другом и тоже выключить из игры. Игра продолжалась. Доска была рассчерчена, фигуры раставлены, а потом приведены в движение. А правила?.. Правил не существует.
- Правил не существует, - задумчиво пробормотал Мантовани. Он сам не заметил, как принялся размышлять вслух. Обстановка располагала. Отряд находился в относительной безопасности в зоне влияния дружественного бедуинского клана. Сегодня итальянцам удалось сытно поужинать, а ночевать они собирались под уютной крышей. Можно сказать, жизнь удалась. Хотя расслабляться, конечно, ни в коем случае ни стоило. Посты были расставлены, один из бойцов дежурил у радиоприемника и слушал эфир; остальные спали в одежде и обуви, положив оружие под подушки - точнее, под седла или шинельные скатки. Ведь война для них могла продолжиться в любой момент.
- Вы что-то сказали, командир? - повернулся к нему радист, сержант Акарди.
- Не обращай внимания, - отмахнулся Мантовани. - Есть что-нибудь? Какие новости?
- Если верить грекам, с Кипром покончено, - отвечал Акарди. - Впрочем, это и немецкие станции подтверждают, и английские. Новый губернатор говорит, что если туркам что-то не нравится, то море большое, и места всем хватит.
- Куда катится этот мир. если мы должны сочувствовать туркам? - пожал плечами центурион. - Что-нибудь еще?
- Да, - внезапно ответил Акарди. - Будь я проклят, да! - сержант принялся осторожно вращать рукоятку верньера.
- Что там? - приподнялся Мантовани.
- Одну минуту, командир... Это Морзе. Вот, слушайте. - Акарди протянул командиру запасной наушник.
Центурион прижал наушник к левому уху, а свободной рукой потянулся за блокнотом. Оглянулся в поисках карандаша, но Акарди уже протягивал ему свою, чудом выжившую в пустыне авторучку. Мантовани принялся царапать цифры и буквы прямо на обложке. Несколько строчек подряд, пока сигналы не прекратились. Акарди не отставал и тоже записывал передачу. Потом они смогут сравнить полученные результаты.
