— Ты сейчас о чём? — наклоняется головой ниже, на уровень моего лица. Но я не реагирую. Югём видел, что Джексон меня обнимал. А может он видел и то, что Джеки хотел меня поцеловать? Но почему сам не подошёл? — Мира? — машет перед моим лицом Марк. Я всё же реагирую и перевожу озадаченный взгляд на него. — Что между вами происходит?
— Ох, если бы я сама знала ответ на этот вопрос, — обреченно произношу, вспоминая все непонятные мне моменты.
— Пошли присядем, я принесу тебе попить.
Мы подошли к мягким диванам, где Марк оставил меня с покупками, а сам пошёл в сторону закусочных. Что на меня нашло? Почему так переживаю из-за глупого мальчишки? Может мне просто не нравится, когда он груб и холоден со мной? И кстати вспоминая о холоде, Джебом тоже меня сегодня удивил. «Весеннее обострение?» Эта мысль заставляет меня улыбнуться и немного расслабиться.
— Ты улыбаешься, значит, стало лучше, — подходит Марк и присаживается рядом. — Какой будешь, банановый или ванильный? — спрашивает, протягивая два стаканчика молочного коктейля.
— Банановый, — забираю из его рук прохладное лакомство. Делаю глоток и облокачиваюсь на спинку дивана. — Вкусно, — расплываюсь в довольной улыбке.
— Я рад, — он засовывает трубочку под маску и довольно облокачивается на спинку рядом со мной.
Мы сидели и наслаждались напитком. Марк ни о чём не спрашивал, и я ему за это благодарна, ведь сама не в состоянии ответить на вопросы в моей голове. На телефон пришло оповещение, которое он принялся читать.
— Прости, мне нужно идти, БэмБэм наконец насмотрелся на гаджеты, — с усмешкой говорит, вставая с места. — Увидимся в общежитии, — Марк забрал свои пакеты и, помахав напоследок, ушел.
Ну что ж, теперь можно пройтись по женским магазинчикам. Сначала нижнее бельё или пижамы? «Нижнее бельё». Я обошла один магазин за другим, но так ничего подходящего не нашла, по крайней мере на втором этаже. Со всеми своими сумками поднимаюсь на третий. Захожу в первый магазин и тут же взглядом цепляюсь за нежно-кремовое кружевное бельё, нахожу нужный размер и иду в примерочную, попутно осматривая витрины, вдруг ещё что увижу. И я оказалась права, конечно, набор выглядит очень сексуально, чёрный с бледно-розовым рисунком ещё и кружевная рюшка пришита к низу чашечек, трусы шортами тоненькие и прозрачные, но с таким же рисунком что и лифчик. Жаль его некому будет показать, даже подруге не похвастаться.
Со всей этой красотой захожу в примерочную, снимаю верх и начинаю примерять чёрный. Сидит идеально, ничего не давит. Довольная меняю его на нежно-кремовый. А вот с ним я прогадала, размер нужен побольше. «Придётся идти менять на другой». Выхожу и натыкаюсь на мужскую грудь. «Вот так поворот, парни редко заходят в подобные магазины». Удивляюсь про себя и спешу извиниться.
— Мне больше нравится чёрный, — произносит мужской голос. Удивленная смотрю на парня перед собой, моё лицо начинает заливаться краской. Югём, этот малыш, стоит и смотрит на комплекты нижнего белья в моих рука, при этом жадно облизывая нижнюю губу.
— Ты…ты чего без маски? — пряча комплекты за спину, пытаюсь перевести разговор, на что-то нейтральное. — Тебя ведь узнать могут, — осматриваюсь по сторонам.
— Ты права, — он легким движением рук, заталкивает меня в примерочную, закрывая за собой дверь. — Так меня никто не узнает, — улыбается, блокируя руками доступ к двери.
— Малыш, прекращай, не смешно, — стараюсь быть серьёзной, но зная его превосходство в силе, не могу скрыть волнения. Ещё я все ещё смущена его неожиданным появлением в неудачное для меня время.
— Прекратить что? — придвигается немного ближе. — Я ведь ничего не делаю, просто прячусь от любопытных глаз, — снова его ехидная улыбка, а плотоядный взгляд смотрит прямо в глаза, которые не могу оторвать от его лица. «Чёрт!» — Понравилось стоять в объятиях Джексона? — низким тоном произносит, не отрывая своих тёмных глаз от моих. — И это ведь не первый раз, когда я вижу вас настолько близкими друг к другу, — краем глаза вижу, как сжимаются его руки, ладони стали кулаками.
— Может и понравилось, я сама вправе решать с кем мне стоять, кого обнимать и целовать, — я наконец взяла себя в руки. Только, кажется, от моих слов стало хуже, он заметно напряг руки, а взгляд стал тяжелее. — Мы не встречаемся и те поцелуи ничего не изменили в наших отношениях, — говорю, а сама сомневаюсь. Точно ли они ничего не изменили? Точно ли я ничего не испытываю к малышу?
— Интересно, — он наклоняется ближе, я тут же отворачиваю голову. — Ты ведь сомневаешься? — произносит возле уха, затем кончиком носа проводит вдоль шеи и останавливается на ключицах. — Мира, — оставляет легкое теплое прикосновение, от чего я вздрагиваю и поворачиваю голову, испепеляя его взглядом.
— Нет, не сомневаюсь. И то, что ты делаешь, выходит за границы дозволенного.
