За пятнадцать месяцев, прошедших между Генеральной ассамблеей в Бухаресте и началом войны, Германия еще больше усилила контроль над организацией. Она прибрала к рукам все австрийские полицейские силы, искоренив тех, кто не сочувствовал национал-социализму. То же самое произошло и с кадрами штаб-квартиры Интерпола. Всех, кто не настроен пронацистски, будь он австриец или немец, заменили нужными людьми.
В мартовском выпуске журнала Комиссии за 1939 год, ныне переименованного в
Новоиспеченный член организации — Федеральное бюро расследований по-прежнему посылало в журнал объявления о розыске. Но когда Артур Небе написал Эдгару Гуверу, поддержав официальное приглашение Дресслера посетить предстоящую в Берлине Генеральную ассамблею, то даже в правоэкстремистских ушах шефа ФБР зазвонили предупреждающие колокольчики. Он поручил своему секретарю проработать этот вопрос и получил ответ: «В настоящее время Германия полностью контролирует Австрию, а в Комиссии определенно царит австро-германская атмосфера». Внутренний служебный меморандум ФБР касался «деликатной международной ситуации». И Гувер «с наилучшими пожеланиями» отписал Небе, что он уверен: конференция будет представлять огромный интерес для всех специалистов, в ней участвующих, но «я глубоко сожалею, бремя срочных дел здесь, в Вашингтоне, не дает мне возможности присутствовать на ней». Эта переписка спрятана где-то глубоко в архивах ФБР в Вашингтоне.
Пожар войны уже невозможно было остановить. 1 сентября Германия вторглась в Польшу, захватив страну за четыре недели. 3 сентября Великобритания и Франция объявили войну Германии, но были слишком слабы и неподготовлены для наступательных действий на континенте. В апреле 1940 года германские войска оккупировали беззащитные Данию и Норвегию. В мае 1940 года без предупреждения их танковые колонны «Панцеров» вошли, непобедимые, в Бельгию, Люксембург и Нидерланды и нанесли сильнейший удар по Северной Франции. 22 июня 1940 года Франция пала. Одна Великобритания отказалась от повиновения, а остальная Европа, кроме Италии, ухватилась за драгоценный нейтралитет.
Существует официальная точка зрения, согласно которой во время Второй мировой войны Интерпол не действовал. «Он прекратил функционировать», — уверенно заявлял в материале, подготовленном в 1971 году для газет, Центр подготовки полицейских детективов метрополии. «Во время войны организация практически не существовала», — вторили анонимные авторы в специальном выпуске журнала «Обзор международной криминальной полиции», посвященном 50-летию Интерпола в апреле 1973 года. «МККП по характеру была в основном европейской организацией и действовала только до начала Второй мировой войны», — говорилось в другой статье этого же журнала в июне 1986 года.
Даже весьма компетентный американский ученый-исследователь Майкл Фунер отмечал в своей монографии 1989 года «Интерпол, вопросы мировой преступности и международного уголовного права»: «В истории Интерпола Вторая мировая война считается периодом, в течение которого организация бездействовала».
Иная точка зрения — и это единственное и надежное свидетельство — содержится в загадочных высказываниях Франсуа Миттерана на церемонии открытия новой штаб-квартиры Интерпола в Лионе в ноябре 1989 года.
Кратко изложив историю организации, президент, герой французского Сопротивления, сказал: «Как и ожидалось, нацистское вторжение (в Австрию) привело к использованию этой организации в самых неблаговидных целях, вопреки желанию ее основателей и большинства ее членов… После войны у организации не было проблемы функционального восстановления, поскольку
Так кто же прав? Действовала организация или «бездействовала»? Какова же на самом деле правда об Интерполе времен войны? Нет ли здесь умышленного и массированного прикрытия истины со стороны новых послевоенных лидеров Интерпола? И если это так, то зачем?