Теперь перейдем к стандартному вопросу о контроле за освоением этих денежных средств. Последнее время, честно говоря, у меня складывается впечатление, что вся страна готова контролировать, все хотят контролировать средства. А кто же будет работать? У нас другая проблема – придумать, как привлечь порядка 100 тыс. человек на подготовку проведения олимпиады, эта проблема гораздо сложнее. Контроль за расходованием денежных средств – стандартный, у нас достаточно контрольных ведомств и четко продуманные процедуры. Средства по федеральной программе проходят через федеральный бюджет, идут к главным распорядителям бюджета, они распределяются на основе закона, только по конкурсным процедурам, каждая из этих процедур контролируется. Существует внутриведомственный контроль, есть минфиновский контроль, контроль Счетной палаты, плюс контроль со стороны прокуратуры, правоохранительных органов, и ясно, что в данном случае контроль будет абсолютным. Один маленький пример: в ходе проведения координационного совета в Сочи министр экономического развития дал команду вывести в режиме реального времени прямо на его компьютер оперативную информацию о ходе предоставления земельных участков. Даже на компьютере у министра можно видеть, что происходит с каждым выделяемым участком. Повторю еще раз: в данном случае контроль здесь будет явно всеобъемлющим.
– Как вы оцениваете работу Министерства здравоохранения и социального развития?
– Я оцениваю работу Министерства здравоохранения и социального развития положительно, потому что министерство – это сотни тысяч, даже миллионы людей, занятых важнейшим делом, защищающих здоровье граждан, заботящихся о них, работающих в органах социальной защиты, с инвалидами, с людьми, страдающими психическими расстройствами, и т. д., и со всеми категориями лиц, нуждающихся в поддержке. Поэтому я могу только сказать спасибо этим людям. С точки зрения организации работы у меня есть претензии. Несколько отстает трудовая часть, нет прогресса в сфере реформирования системы оплаты труда, явно затягивается проведение реформы системы обязательного медицинского страхования, социального страхования.
Может быть, я скажу резко, но у нас в стране настоящего страхования как такового нет – ни пенсионного, ни медицинского, ни социального. Единый социальный налог исчерпал себя как налог. Пенсионная реформа не была проведена, и это создаст для нас гигантские проблемы через два десятка лет. Эти проблемы типичны для всех развитых стран, но тем не менее к ним надо готовиться, а то, что было сделано, только усугубит проблемы для следующего поколения. Конечно, любой чиновник может сказать: «Так меня же в этот момент не будет». На мой взгляд, как раз задача чиновника предугадывать, предвидеть то, что будет происходить в перспективе. Пенсионная система, например, очень инерционна; я напомню, что даже в Чили, где давным-давно была успешно проведена пенсионная реформа, большая часть населения страны получает пенсию еще по старым правилам. Пенсионная система меняется на протяжении жизни целого поколения, а порой и двух поколений, здесь ошибок допускать нельзя. Не совсем правильно была проведена монетизация льгот, можно было сделать ее принципиально по-другому, с гораздо меньшими затратами. Часто не учитывается психология людей, их мотивы поведения, так что работы в этой сфере еще много. Понятно, что охватить все это сложно, но необходимо. Есть большие проблемы в работе с инвалидами, на мой взгляд, постепенно теряется единство в организации политики занятости в стране. Так что улучшать работу еще можно и нужно.
– Можно считать объединение двух министерств, Минздрава и Минсоцразвития, в одно – Министерство здравоохранения и социального развития стратегической ошибкой административной реформы?
– К сожалению, я всегда считал объединение Минздрава и Минсоц-развития, точнее, Министерства труда и социального развития, в одно гигантское министерство нецелесообразным, поскольку это совершенно разные функции. В любой уважающей себя стране есть Министерство труда. Потому что даже в самом богатом обществе всегда очень сложный момент – взаимоотношения между предпринимателями, профсоюзами и работниками. Для урегулирования трудовых отношений, формирования системы оплаты труда необходимо существование соответствующего министерства. Да, действительно, значительную часть функций бывшего Минсоцразвития и часть функций Минтруда можно спокойно передать регионам, что и было сделано, но построение методологии работы, общих принципов работы, единая политика, единая стратегия действия – все это должно вырабатываться в одном центре. Сейчас запущена работа в области охраны труда и техники безопасности, например, постепенно снижается роль инспекции труда – это явление нельзя назвать позитивным.
