На минуту мое имя мне стало вдруг неприятным, ведь оно причиняло ей дикую боль.
…Мы подъехали к ее дому.
– Элизабет, я тут подумал, а что если мы с вами встретимся?
– Я не против. – Согласилась она. – Значит, завтра увидимся.
Она вышла из машины. Элизабет хотела уже закрыть дверь машины, как вдруг ко мне пришла мысль. Я остановил ее, аккуратно взяв за руку. Она вздрогнула от неожиданности и повернулась ко мне.
– Дерек? – спросила она и посмотрела на меня встревоженным взглядом.
– Ничего-ничего. Я просто хотел пожелать тебе спокойной ночи.
– Спокойной ночи. – На ее лице появилась улыбка.
– Может, перейдем на «ты»?
– Я согласна.
– Я рад.
– А сейчас мне пора идти. До завтра, Дерек, увидимся.
После чего она закрыла дверь машины и направилась в сторону дома. Я проводил ее взглядом и подумал, что мне уже и самому пора бы возвращаться. Я ехал мимо домов, фонарей, а в голове вертелась одна мысль: «Элизабет, как я влюблен в тебя!» – это была первая мысль, заключающаяся в любви.
ГЛАВА 3.
Домой я вернулся только около половины первого (впрочем, я был большим любителем ездить по городу в своей машине). Отворяю дверь и захожу во внутрь дома. Сначала я оказываюсь в прихожей, минутой позже – в гостиной. Здесь мне все хорошо знакомо. Телевизор-плазма, мой любимый диван, на котором я люблю проводить время, в особенности тогда, когда мне ничего не хочется делать. Полки с книгами (в основном это классическая литература), люстра, лампы, подвешенные на стенах, персидский ковер и другие мелочи. Кстати, около телевизора почетно заняла свое место гитара (правильно обращаться с этим инструментом меня научил мой друг). Затем я отправился в кухню и включил там свет.
Снова задумался. Но на этот раз о том, как мне выполнить заказ. Тут же возникал один вопрос: смогу ли я сделать это? На самом деле убить человека, который вырастил тебя, пусть даже и не так, как хотелось, было довольно трудно. Каким бы плохим не был мой отец, он оставался для меня родным. Именно он подарил мне жизнь…
В самый пик моих размышлений, зазвенел телефон. Я тут же сунул руку в карман и достал его. Кто бы это мог быть? Элизабет? Нет, вряд ли…Это звонил Сэм (мой друг, да тот самый, который организовал мне встречу с девушкой и научил играть на гитаре). С ним мы знакомы еще со школы и до сих пор поддерживаем нашу дружбу. Да, он знает о том, что я киллер и кроме того помогает мне. Хоть его задача и небольшая (всего лишь передавать мне деньги и назначать встречи), но очень важная. Я ему доверяю и знаю, что он меня не подведет. Немного погодя нажимаю кнопку вызова:
– Да?
– О! Дерек! – по голосу слышу, что он выпил. – Привет, братишка!
– И тебе всего хорошего. – Я усмехнулся. – Что-то хотел?
– Да. Тут нашелся еще один человек, которому требуются твои услуги.
– Но я еще не выполнил заказ девушки!
– Дело в том, что жертва будет там же, где и твой отец.
– В смысле? Я тебя не понимаю? Что ты хочешь этим сказать?
– Ну-ну, Дерек, не глупи! Если тебе повезет, то сможешь положить сразу двоих!..
Я задумался. А ведь действительно, в чем-то Сэм был прав!
– Хорошо, я возьму еще один заказ.
– Отлично. Когда все сделаешь, позвони мне. Деньги у меня.
– Обязательно. Да, ты сразу можешь взять себе свою долю.
– Давай, брат, до встречи.
Я положил телефон на место. Сидя за столом, я доедал ужин. Мне почему-то вспомнился наш с Элизабет разговор и прошлом. Наврал же я ей, конечно! Моей голове тут же вспыхнули картинки из прошлого.
***
Я родился в Бостоне. В семье известной всей стране. Да, мой отец был большим человеком. Он был предпринимателем и занимался оружейным делом, в то время, как моя мать работала простым учителем испанского языка в одной из элитных школ нашего города. Впрочем, туда она попала благодаря отцу, который сделал ей предложение, и они поженились. Половину своей жизни отец потратил на то, чтобы развить свое предприятие. Впрочем, в жизни он добился немало высот, а вот в плане семьи, на мой взгляд, он многое упустил.
В семье, где я родился, кроме меня было еще двое детей – мои старшие брат и сестра. Их звали Дэзмонд и Эшли. Несмотря на то, что мы были от одного отца, я все-таки сильно отличался от них, как внешне, так и психически. Да, я был ребенком со странностями. Мне нравилось все то, чего родители никак не могли понять, а уж тем более принять. Тому, что я вырос таким, была весомая причина. Я, сам не понимаю почему, но в семье меня никто не любил: ни мать, ни отец, ни брат с сестрой, тем более. Да, и именно поэтому мне приходилось выражать свою, как это называли родители «ненормальную психику» в рисунках, которые я рисовал, в музыке, которую слушал и даже в стихах (их я писал редко, но все они полностью выражали меня). Все мои увлечения заменили мне и родителей и друзей. Однако, даже в моем личном мире мне не было покоя, потому что мои брат и сестра часто любили дразнить по поводу тех вещей, которые мало кто понимал. Переделки по поводу этого случались часто и завершались они всегда плохо для меня. Так, например я помню одну из таких.