Эта небольшая книжка – целая вселенная ощущений, здесь идут вперехлест женская непосредственность и страстность, дневниковая задушевность и кокетливая улыбка, здесь – целый мир тончайших переплетений сознательного и подсознательного восприятия окружающей действительности, удивительный космос женского откровения, магия чувственности. Впервые читатель прикоснется к пламенной духовной стихии Современной Прекрасной Дамы – тут проза переходит в стихи, а стихи – в прозу, и в этом жизнь. Ольга Коренева – член Союза писателей России, ее первые две книги вышли в 82-м и 87-м годах в крупнейшем тогда в СССР издательстве «Советский писатель», третья – коллекционным тиражом в 94-м, эта в 2000-м.
Это – экстрим-мемуары. Таких ещё не было
А сначала была пуля. Она просвистела мимо моего виска, всего в нескольких миллиметрах, и срезала прядь волос. Выстрел был как от шампанского. Ненавижу звук шампанского, когда выстреливает пробка. Терпеть не могу шампанское! Но это не важно. Самое важное я скажу в конце. Потому что только потом я это поняла. А сначала…
Я мчалась под дождем по ночному Арбату, вокруг – ни души, как назло ни прохожих, ни милиции, лишь машины вжикают мимо по той дороге, знаете, она старый Арбат пересекает… Откуда палили, из машины, или где-то засел снайпер? Но в меня-то зачем, я-то здесь причем? С кем-то спутали? Или маньяк?
Я резко свернула в переулок и хотела сунуться в подъезд. Не тут-то было! Второй выстрел прозвучал гулко, гильза лязгнула возле ботинка. Я нагнулась, чтоб поднять ее.
Ладно, об этом потом. Сейчас надо во всем разобраться. Во всем: в событиях, в действиях, в чувствах. Может, все же, дело-то как раз во мне? Я что-то не то совершаю, или не так живу?
А что такого, живу как могу, как умею, никому не мешаю, никого не трогаю.
Такое чувство, что я зависла во времени, как муха в паутине. Ну, меня это не беспокоит, даже нравится, хотя немножко обидно, когда говорят: «Неужели вы, такая еще молоденькая, уже и книгу написать ухитрились? И о чем вы можете написать?» или: «Вы так юны и так красивы, зачем вам эти книжки, вы можете неплохо заработать красотой, можете пристроиться замуж, кругом полно богачей».
Какая нелепость! Красота – не товар, и не параметры тела. Красота – это состояние души, духовная энергетика. Это – яркость и радужность внутреннего мира, но вообще-то внешняя красота – это иллюзия. Иногда она ослабевает, эта иллюзорность, иногда усиливается и кажется ирреальной: такое случается в полнолуние. И еще: не такая уж я юная. Просто зависла во времени. Осталась наивной и восторженной. Один мой читатель сказал, что я соткана из лунного и солнечного света, и что земная грязь не прилипает ко мне, потому что я лечу над землей – почти иду, но в то же время лечу. Он где-то прав, со стороны это странное и красивое зрелище, и непонятное, но никто не знает, как мне от этого больно, ведь я все земное пропускаю через свою душу и мысленно чищу землю от грязи, а это мучительно. Ну да хвати философии.
Зарабатываю я на жизнь тем, что продаю свои авторские книги. Коллекционный тираж, экземпляры номерные – и когда я проставляла номера, книг оказалось ровно 1033. Мистическое число. А должна была быть ровно тысяча. Книга издана причудливо, и почему-то из нее исчезли выходные данные. Самое невероятное в том, что тираж (он весь у меня в шкафу) не кончается, он кормит нас – меня, мою дочь, собаку и двух кошек – уже два года, и случается, что за книгу платят больше, чем я за нее прошу. Читатели мои – настолько разные, что я просто диву даюсь, есть даже самые экзотические, к чтению не склонные люди. Вы себе не представляете, с кем только я не знакомилась, продавая свои книжки! Мир удивителен и непостижим…
Одной из моих читательниц оказалась стриптизерша, выступавшая по воскресным дням в Центральном Доме Художников (сокращенно ЦДХ) в программе «Арт-стрип-шоу». Иногда она угощала меня кофе с мороженым в вечернем баре (вход со стороны «Тахмана», там где дискотека) и рассказывала о себе и о трагичной судьбе своей подружки. Я об этом написала стихотворение «Песенка про стриптизершу»…
Она сорвала с себя одежду и швырнула прямо к мигающей разноцветными огнями рампе. В свете прожекторов тело ее казалось мраморно белым. Она прикрыла глаза и словно под гипнозом принялась раскачиваться в такт музыке, ее узкая талия гнулась будто под порывами ветра, высокая грудь вздымалась. Она вскинула вверх руки и стала похожа на длинное тонкое деревце, попавшее в ураган, в самый эпицентр урагана. Она казалась так хрупка и беззащитна. Незримый вихрь развернул ее и бросил в конец сцены. Она заметалась под быстрые ритмы попсы, и вдруг остановилась, сделала несколько плавных движений, широко развернув колени, и резко села на шпагат. Она была звездой шоу. Каждый ее номер был спонтанным взрывом фантазии, всплеском эмоций, выбросом энергетического сгустка. То, что творила она на сцене, резко отличалось от четко отработанных скучноватых номеров других артистов. Выступала она только сольно и всегда непредсказуемо. На стриптиз я забрела случайно, продавая в выставочном зале свои книжки. Забавно это было. Там же, в ЦДХ, в 99-ом я продавала книги в ночном баре, пряча их, словно наркотики, в широких карманах пиджака – это был нелегальный товар, ведь частная торговля там запрещалась. Представляете, какая экзотика для завсегдатаев: ночной бар, злачное вроде бы место – и вдруг писательница с авторскими книжками, подписывает на память да еще и автограф ставит, вот это да! До такого можно додуматься только с крутой голодухи, шляться по таким местам – мое открытие. Иногда я брала с собой дочку.
