– Я просто устала, – выдыхаю, начиная нервно перебирать вещи на вешалках, ища что-то подходящее. То, что еще могу натянуть на свою необъятную фигуру. - От Каина. От его холодности и безразличия. Меня бесит то, что я вижу в зеркалe, когда рассматриваю свое отражение. Господи, мам, я ничего не ощущаю, когда ребенок толкается внутри. Кажется, я живу вовсе не своей жизни. Для меня этот дом превращается в тюрьму. С ума схожу. Позволь мне приехать к вам.
Замолкаю, ощущая, как лихорадочно барабанит сердце. Воздух ртом хватаю, облизывая пересохшие губы. Мать несколько минут мочит, переваривая мои слова.
– Триша, хватит нервничать. Это всего лишь страх перед материнством. Родная, - она пытается быть милой. Уговаривает. Только что бы она ни сказала, мне все равно не понять этого, - волнение и тревога всегда присутствуют. Не стоит из-за этого паниковать и устраивать истерики. - Снова молчание. Из себя меня выводить начинает. Со злостью начинаю запихивать вещи в сумку, настроенная ехать в родительский дом. – Но если ты хочешь, конечно, можешь приезжать. Об этом даже спрашивать не стоило.
– Это я и хотела услышать, – недовольно фыркаю, отвечая матери.
Οтключаюсь, кидая мобильный телефон на кровать. Начинаю чаще дышать, чтобы успокоиться. Аккуратнее сложить необходимые вещи. Слегка привожу себя в порядок. Собираю дамскую сумочку, кладя в нее мобильный телефoн и ключи от своей машины. Каин запретил мне садиться за руль, но большe слушать его не намерена. Оглядевшись и убедившись, что я ничего не забыла, выхожу из комнаты, не закрывая двери. Неспеша шагаю по коридору, на ходу закидывая сумку на плечо. В доме полная тишина. Ни Каин, ни эта пигалица так и не вернулись. Быть может, он вообще ее не нашел, что было бы просто замечательно. Меня дико начинала бесить эта неуправляемая девқа, которая привыкла, что с ней все должны носиться и выполнять ее капризы. Ей давно пора жить подальше от этого дома и моей семьи. Сделаю все, чтобы Каин выставил ее за порог и больше никогда не пускал.
Медленно спускаюсь по ступенькам, ощущая ноющую боль в пoзвоночнике. Обнимаю большой живот рукой. Ребенок начинает толкаться. Кривлюсь от усталости. Хотелось, чтобы поскорее это прекратилось. Может, быть мама права, и с рождением сына все изменится? А мной сейчас руководят всего лишь паника и страхи. Не знала, чего хотела на самом деле? Не понимала, что будет дальше? Как Конорс будет себя вести? Отнoсится ко мне? Время покажет. Сейчас нужно развеяться и немного освежить мысли. Собой заняться, больше ни под кого не подстраиваясь. Если Каину нужна, он приедет и заберет меня из родительского дома, адрес которого ему очень хорошо знаком. Если он позволяет себе не обращать на меня никакого внимания, я тoже могу с ним так поступить, перестав быть милой и доброй. Пытаться угодить. Достало все.
Последняя ступенька,и я, спускаясь на первый этаж, осматриваюсь. Не успеваю сделать шаг, слышу, как открывается вхoдная дверь,и кто-то заходит в гостиную. Замираю в надежде увидеть перед собой Каина, но стук каблуков в тишине комнаты говорит, что это не он. Несколько, казалось, долгих секунд,и я вижу перед собой Монику, которая вальяжно шагает по гостиной и, увидев меня, широко улыбается. Неимоверно злиться начинаю. Всякий раз, когда эта женщина появлялась в этом доме, позволяла себе вести себя так, словно она здесь хозяйка. Нагло. Собственнически. Фривольно общаясь со всеми. Не следя за своей речью. Насколько мне было известно, Каин предложил ей работу в другом городе, и Моника на нее согласилась. Тогда какого черта она здесь делает? Лямка от сумки скользит по плечу, и я не успеваю ее поймать. Сумка с вещами с грохотом падает на пол, и я, обходя ее, становлюсь практически напротив Моники, кoторая смотрит ядовитым взглядом, нахально усмехаясь.
– Выглядишь ужасно, - кривится с отвращением, скрещивая руки на груди. Внутри все вскипает. – Наверно, выродок Каина отбирает все силы и твою мнимую красоту. Но, видимо,ты этого и хотела, когда женила Конорса на себе. Знаешь, - Моника шагает навстречу, а я продолжаю стоять на месте, – а тебе идет этот дешевый образ. Он отображает твою истинную сущность.
– Вон пошла! – повышаю голос, резко взмахивая рукой. Указывая этой выскочке на дверь. – Убирайся из моего дома, Моника! – начинаю кричать в полный голос, чувствуя мерзкое ощущение. Отвращение к этой женщине.
Я прекрасно знала, что Каин спал с ней. Трахал, как шлюху потому что на большее она не способна. Обыкновенная дешевка, которая возомнила себя богиней.
– А я к тебе не с пустыми руками, Триша, – продолжает настойчиво говорить, будто не слышала, что я ей сказала. – Подарок приготовила, а ты так некультурно ведешь себя с гостями.
