«Белый длинный коридор. Сижу у дверей, ожидая, когда подпишут смертный приговор моему ребенку. Долгое думая, я все же решилась сделать этот проклятый аборт. Избавиться от малыша, сердце которого уже стучит под моим. Раз за разом вспоминала слова проповедника, к которому ходила в церковь по воскресеньям, что любое существо имеет право на жизнь. Наверно, он был прав. Но я никак не могла смириться, что забеременела от человека, которого не знала. От мерзкого насильника. Смотрю на двери. Жду, когда медсестра вынесет подписанное направление на аборт, и я, наконец, разом покончу со своими страданиями. Успокоюсь. Жизнь попробую начать сначала. Ведь я ещё совсем юная. У меня все в впереди. Попробовать ведь стоит. Эти мысли сменялись другими. А почему я такая слабая и не могу позволить себе дать шанс этому ребенку на жизнь?! Почему я стала такой озлобленной, ведь этот малыш ни в чем не виноват?! Сидя в больнице, я задавала себе эти вопросы, но ответить на них скорее не решалась, нежели не могла. Все словно в тумане.
Девушка, сидящая рядом со мной, начинает тихо плакать,и я обращаю на нее внимание. В глаза смотрю, видя отчаяние. Необъятное разочарование. Грусть. В сердце что-то екает. Наверно, лезу не в свое дело, но начинаю интересоваться, почему она так расстроена. Оказывается, что у них с мужем никогда не будет детей. Девушка бесплодна. Мысленно возмущаюсь, думая о том, почему жизнь бывает порой настолько несправедлива. Дает детей тем, кто этого не желает. И отбирает у людей, которые долгое время мечтали о малыше. Смотря на девушку, осознаю, что не мoгу взять на душу такой тяжелый грех. Не мoгу убить маленькое дитя, которое ношу под сердцем. Ничего больше не отвечая девушке, поднимаюсь на ноги, уходя прочь из больницы. Не оборачиваясь. Даже не дожидаясь медсестру, чтобы объявить ей о своем решении. Плевать на все. На осуждении родных, которые подталкивали на аборт. Практически заставляли сделать его, уговаривая, что так будет лучше. Пора прекратить прислушиваться к чужому мнению, слыша только свое сердце».
Представить сложно, как бы я поступила в подобной ситуации. В мыслях ставя себя на место матери, не находила выхода. Так же метаясь. С каждым прочитанным словом ощущала, насколько сложно давалось ėй любое решение. Жизнь в ад превращалась. Мама выбрала свой путь и начала осознанно по нему идти.
«Истошные крики от дикой боли. Умоляла всех, чтобы это скорее закончилось. Зубы сцепляла. Дышала чаще. Мысленно мечтая о том, чтобы ребенок был похож только на меня. В полном бреду. Захлебываясь слезами. Выполняя каҗдый приказ акушера. А потом тишина на мгновение. Громкий плачь ребенка. Моей девочки. Такой звонкий. Ее кладут на мою грудь,и я замечаю темные волосики на затылке. Хочется на всю нее посмотреть, но нет сил даже пошевелиться. Устала».
Переворачиваю очередную страницу. Вот так я родилась. Это уже история не только матери, но и моя тоже. Знаю, что начнет происходить дальше. Горько читать мысли. Они душу на клочки раздирают. Больно сердце ранят. Но все встает на свои места.
«Впервые осознанно смотрю на свою малышку. Понимаю, что она совершенно на меня не похожа. Выразительные зеленые глаза. Пухлые губки. Неожиданно для себя четко вспоминаю лицо насильника, начиная ненавидеть свою дочь. У нее его глаза. Точная копия. Хочется мгновенно забыть обо всем. Сбежать из больницы. Не буду кормить девочку. Не хочу быть ее матерью. Держать на руках. Она непохожа на меня. Совершеннo».
Переворачиваю страницу, ощущая соленый вкус на своих губах. Слезы произвольно начинают литься из глаз. И не из-за того, что мать в те минуты меня ненавидела. Просто я ощущала ее боль. Такую огромную. Сложно представить, как она в одиночку смогла с ней справиться.
«Ребенок громко плачет. Наверно, больше получаса. Игнорирую первое время, стараясь не прислушиваться. Делать вид, что ее не существует. И эти детские всхлипы просто плод моего воображения. Сама не понимаю, что меня отрезвляет. Нехотя подхожу к детской кроватки, заглядывая в нее. Малышка голодна. Она нуждается в помощи своей матери. Но смотрю на нее,и внутри лишь отторжение. Наклоняюсь, прикасаясь пальцами к пухлой щечке. Глажу. Малышка хватает меня за палец маленькими ручками. И неожиданно слезы на глазах наворачиваются. Беру на руки, начиная кормить грудью. Доченька. Нет, я не смогу ее отдать никому. Не смогу игнорировать. Ее будут звать Чарли. Свободная».
Черт. Как же это сложно – борoться с самой собой. Знаю. Наверно, поэтому понимаю маму. Не ощущая особой горечи от ее слов и поступков. Думала, что, читая этот дневник, мне будет очень больно, но я ошибалась.
