— Ошибаешься. Все продумано до мелочей. Сначала я захвачу Новый Петербург и посажу там свою марионетку. А затем пожар революции расползется по другим городам, точно огонь по бикфордовым шнурам. И пламя восстания охватит всю колонию. А если не выйдет зажечь всех разом — мои друзья из-за Фронтира помогут. И над Америкой взойдет солнце нового мира, а старый сам сгниет в огромной всепожирающей бойне. Которая начнется вскоре после того, как я велю пристрелить одного зарвавшегося и обнаглевшего эрцгерцога.
— Я остановлю тебя… — прорычал, с трудом сдерживая эмоции. — Любой ценой.
— Ну-ну… — Николь жестом подозвала троицу манородных, и те вплотную обступили меня. — Я человек науки и пустословием не интересуюсь. Нас рассудит эксперимент, который давно пора начинать. Машинисты — полный вперед!
Зашипели котлы, раскаленные колдовской силой. Серые столбы дыма и пара облизнули потолки, и тысячетонный гигант двинулся к цели, медленно, но верно набирая ход.
Но как вскоре оказалось, неспешность связана лишь с необходимостью открывать ворота, коих на пути встретилось целых четыре — в депо, в промежуточном туннеле, на входе в пещеру и на выезде из форта.
И как только состав покинул базу, выползя из логова, точно бескрылый дракон, скорость заметно увеличилась. Что неудивительно, ведь манородные напитывали металл магией, одновременно облегчая и ускоряя всю конструкцию.
И если бы на борту собралось вдвое больше искусственных колдунов, поезд наверняка воспарил бы над рельсами, как маглев. Интересно, сколько нужно чародеев, чтобы поднять в небо крейсер? Потому что он сейчас нужен как никогда.
Просека закончилась, и впереди до самого океана протянулись прерии и поля. Выделенная ветка стыковалась с южной железной дорогой по ниспадающей дуге и дальше шла по прямой до самого города.
И от места слияния до цели — километров двадцать, не больше. Если не остановить состав на подступах, защитникам придется туго.
И когда я уже отчаялся как-либо изменить ситуацию, сквозь стук и грохот пробился протяжный гудок. Так реветь мог только крупный военный корабль. И сквозь узкую бойницу увидел идущий каботажем белоснежный крейсер.
У «Разящего» весьма характерный профиль с высокими бортами, четырьмя трубами и радиомачтами по бокам от них, так что флагман торгового флота Кросс-Ландау узнал сразу.
Вдоль палубы носились матросы и канониры, готовя к залпу шесть тяжелых орудий калибром в сто пятьдесят миллиметров и дюжину стволов поменьше.
Стрелять придется на ходу — иначе паровую махину не догнать, но на воде царил почти полный штиль, и за успех залпа я не переживал.
— Всем приготовиться! — Тесла одной рукой вцепилась в рукоятку перископа, а другой схватила трубку внутренней связи. — Поднять щиты!
Над вагонами будто разом надули по несколько мыльных пузырей, переливающихся в ярких лучах всеми цветами радуги.
Миг спустя грянули выстрелы, и дождь пудовых болванов обрушился… прямо на поезд. И от столь неожиданного и глупого решения я стиснул зубы до треска эмали. Пути! Надо громить дорогу, а не сам состав!
Который без малейшего вреда пережил обстрел, а те снаряды, что чудом пробились сквозь заслоны, просто чиркнули по броне, растеряв большую часть мощи.
— Бездари, — Николь фыркнула, прилипнув к окулярам. — Эй, у топки! Поддайте-ка жару! Надо прорваться, пока те балбесы перезаряжаются!
«Балбесы» оказались не такими уж тугодумами и быстро смекнули, что если паровоз неуязвим, то приоритетная цель — насыпь.
И следующий залп, что раздался через пару минут, превратил метров сто железки в лунный пейзаж с переломанными шпалами, искореженными рельсами и глубокими воронками.
Теперь или лететь — или отступать, иного не дано. Но предательница выбрала свой вариант — и даже неплохо к нему подготовилась, загодя сформировав отряд из сильных магов земли.
— Стоп машина! Пошлите ремонтную бригаду! И штук пять щитоносцев! Всем остальным — держать заслон! А я пока приготовлю к бою мою малышку.
Да уж, эта мразь считает своих людей в штуках, как товар или расходные материалы. А им все равно — вот вам и свобода с братством. Но ничего — еще поквитаемся. Нужно лишь найти способ сбежать. И Николь подсказала мне его, сама того не подозревая.
Ученая вышла в соседний вагон — единственный во всем составе без башен и пушечных портов. И вскоре оттуда послышался скрежет, лязг и натужный электрический гул, а в бронированный коридор пахнул свежий соленый ветер.
Я до хруста повернул голову, и увидел нацеленную прямо на себя дуру такого калибра, что поместился бы в ствол вместо снаряда.
Скорее всего, это было корабельное орудие в триста пять миллиметров, только укороченное до подходящей длины и снабженное сразу шестью противооткатными амортизаторами вокруг казенника.
Николь сосредоточенно дергала рычаги подъемного крана, чья механическая клешня первым делом открыла створки наверху ствола, играющие роль зарядной каморы.
