Здесь же, у дальних ворот (что с другой стороны ангара) кто-то устроил зону отдыха, смотревшуюся не уместно. У стены разместился удобный мягкий диван, напротив расположилась огромная панель, а в стороне стоял массивный письменный стол, со встроенной древней мультипанелью: тогда они ещё назывались сенсорной панелью, которая не запустилась, хоть обычно время не сильно влияет на такие устройства. Нужно взглянуть потом, возможно в ее памяти хранятся какие-либо полезные данные… Зато на стенах висели фотографии: обычные, распечатанные на бумаге. На одной из них она увидела двоих мужчин между собой похожих: оба стояли у склона холма под раскидистым деревом, а задним фоном служили более высокие горы. Конечно, Анна сразу узнала в них своего отца и дедушку. Видимо фотография была сделана почти на закате, поскольку за их спинами у горизонта висели две звезды маленькая и крупнее (фото сделано на Новой Алаарии), подсвечивая все вокруг теплым светом, удлиняя тени. Анне даже смутно помнилось такое место, но где именно она могла его видеть вспомнить сейчас так и не получилось, как бы глубоко не погружалась в память. На другой людей уже стало больше и там счастливо смотрели на нее те же мужчины (но здесь лучше заметно, что один из них старше, а другой младше, возможно по времени эту фотографию сделали позже), и три красивые женщины рядом. Мама, бабушка и сестра. И место тоже другое – виден морской берег, но судя по одежде стояла зима, либо море находилось не на юге. А вот и она с дедом – совсем еще маленькая, рядом с гондолой двигателя, что казалась по сравнению с ней огромной. Видимо, с какой-то выставки… Она не помнила. Нашлось ещё множество других снимков, с разными сюжетами, и даже автомобилями, гоночные трассы (на снимке из одного из боксов девушка узнала команду ее родителей), прототипами двигателей и реакторов, но эти люди попадались чаще всего, а всего снимков наверно здесь насчитывалось сотни – у их хозяина кипела жизнь. Анна помнила, что дедушка всегда был в разъездах, и она, всегда его сопровождала. Даже, наверно, уместнее сказать, что она жила с бабушкой и дедушкой: так уж вышло, что в родительском доме к ней относились прохладно (кроме отца, конечно, но он не мог полностью нивелировать отношение матери и сестры) … Именно поэтому на стене не было фотографии, на которой была бы запечатлена вся семья… Но это другая история. Она огляделась, заметив ещё и газетные заметки на стенах. Да, уже тогда печатных изданий осталось совсем мало – все они перешли на электронный вариант, однако бывший хозяин ангара предпочитал наиболее интересные распечатывать на бумаге. Новости были как алаарианские, так и местные. "Эфир – накопители: будущее энергетики или очередной тупиковый проект?", "Человечество на грани фундаментального открытия", "Универсальная энергетика: что ее ждёт в дальнейшем?", "Крупнейший кризис в энергетике бьет рекорды", "Эфир – ящик Пандоры? Интервью эксперта Андрея Лаффеля" – распечатки с такими заголовками находились по центру, и видимо считались одними из самых важных, хоть на стене было и множество других. Например, другая часть оказалась посвящена гоночным сериям – где-то просто пилоты у своих автомобилей, а где то и статьи со снимками аварий. В этом случае на некоторых из них случалось увидеть комментарии, нанесенные прямо здесь же, обычной ручкой. "Команда пропустит следующий сезон" – например гласил один из них под статьёй о проблеме команды Lanco со своими машинами. "Не упустить из виду" – сообщал другой по поводу заметки о более мощном реакторе другой команды, и так далее. Разглядывать все это можно бесконечно, за каждой фотографией или событием казалось живёт целая жизнь, изучать их оказалось безумно интересно, и похоже без конца.
Анна присела на диван, что под ней жалобно скрипнул. Больше здесь смотреть нечего, осталось только проверить разъемы для диагностики Полярной Лисы и можно на сегодня заканчивать. Взгляд упал на Ховербайк. Запустится или нет? Если да, то сегодняшний день прошел не напрасно…
***
