Потом легли, укрылись одеялом и так и уснули обнявшись. Ян так и не надевший рубашку, и я, накрепко зажав пузырек с притертой пробкой в руках.
Утром мы с Яном успели позавтракать, разложить вещи по сундукам, и немного поспорить:
— Ингарра, ты уверена, что мы купили все необходимое? Может еще раз сходить на рынок?
Вернее, я сосредоточенно раскладывала вещи по сундукам, а Ян лежа на кровати доедал бутерброд с ветчиной и сыром. Он рвался мне помогать, но я не разрешила, у него все еще была температура. Так что я вручила ему кувшин с отваром, бутерброды, и занялась сундуками.
— Ян, все учесть невозможно, если чего- то будет недостаточно я схожу и куплю, или мальчика отправлю, — я ткнула пальцем в сундуки запоминая что и куда разложено, — так, в сундук с этническим узором я сложила кухонное, сюда, в сундук с вьюном, для спален. Здесь будет для гостиной, столовой и ванны. А в этом, с рыжими цветами, все остальное.
— Да, но лишний раз появляться на рынке опасно.
— В таком случае можно вообще из дома не выходить. И про магов забыть, и никакими домашними делами не заниматься.
Я опустила крышки на сундуках и закрыла их на замки.
— Чувствую себя как минимум столбовой дворянкой, — я выпрямилась и уперла руки в бока, зажав в каждом кулаке по два внушительных ключа, — холопов только не хватает, чтоб за чупрун их таскать.
— За что таскать? — уточнил Ян.
— За чупрун, это челка. Ну волосы так, — я упрятав ключи в карманы, помахала руками показывая «как».
— У вас так позволяют себе обращаться со слугами? — удивился Ян, — таскать за волосы?
— Ну что ты, нет конечно, это сказка про далекое прошлое, называется: «Сказка о рыбаке и рыбке». Старик рыбак выловил волшебную рыбу из моря, золотую. И в угоду жене стал разные желания загадывать. А жена себя плохо вела, в том числе и с прислугой, а потом и с мужем ругаться начала. Словом, закончилось тем, что рыба рассердилась и все вернула как было. Вплоть до разбитого корыта.
— Какая интересная сказка, расскажешь?
Я представила как буду переводить сказку в стихах, половину из которой помню не очень хорошо, хотя частично учила ее в школе, классе во втором, или кажется в третьем, и вздохнула.
— Давай попозже, нам бы с переездом разобраться.
В дверь постучали.
— Кто там? — Ян наскоро запихал в рот последний кусок бутерброда как будто боялся, что пришедший его отберет. Я укоризненно на него посмотрела. Он в ответ сделал отчаянные глаза и быстро запил еду морсом.
Аппетит есть, это хороший признак. Да синяки с его лица почти сошли за восемь дней. И раны обработанные настойкой стали затягиваться. Через месяц-полтора он будет в состоянии заботиться о себе сам. Но зиму мне, скорее всего, придется жить здесь, в Лерте.
— От эрра Вастаба, телега приехала за вещами. Во дворе ждут.
Я открыла дверь, за ней нетерпеливо приплясывал Ильниир. Ну что за мальчишка. Подвижный как ртуть, ни минуты на месте не сидит, все время в движении.
— Тогда зови грузчиков, будем выносить те…кхм…сундуки, — вообще- то я хотела сказать «тело», но вовремя остановилась, сообразив, что мою «остроумную» шуточку могут и не понять.
— Ты хотела сказать «выносить тело»? — поинтересовался Ян прожевав бутерброд и запивая его морсом прямо из кувшина.
— Нет, что ты, — я сложила все четыре ключа от сундуков в карман юбки.
— Хотееела, — ехидно протянул Ян отставляя кувшин на тумбочку и прищуриваясь, — я, кажется, начинаю понимать твое чувство юмора.
— Я вовремя опомнилась, — засмеялась я, — так что не клевещи на меня.
Прихватив кошелек я побежала искать хозяина двора, чтобы рассчитаться с ним за проживание.
Возница и его помощник нанятые Вастабом работали очень слаженно, уже через полчаса наша телега запряженная парой лошадей была полностью загружена. Я, вспомнив Птичку, грустно вздохнула. Такая милая лошадка была, и питалась одними ветками. Спасибо ей, за то, что она нас вывезла и не померла где- нибудь в лесу.
Сундуки закрепили веревками посредине возка. Ян расположился сбоку. Я села рядом с ним пристроив под спину свой мешок, а ридикюль с кошельками и документами прижала к себе.
Ильниир, напросившийся нас проводить, шагал рядом с телегой. Небо, еще час назад бывшее чистым, стремительно затягивалось тучами.
— Кажется дождь собирается, — вздохнула я.
— Тут недолго, — пробасил возница.
Через полчаса мы подъехали к небольшому каменному дому, ничем не выделявшемуся в ряду своих собратьев. Грязные стекла говорили о том, что в доме уже давно никто не жил, на ступеньках крыльца валялись веточки, пожухлые листья и трава. Удручающую картину довершил начинающий моросить дождь.
— М-да, — выразил Ян свое первое впечатление.
— Надеюсь крыша у него целая, — вздохнула я.
— Не беспокойтесь, эрра, — ободрил меня возница, — с крышей тут все в порядке, эрр Вастаб строго следил. Не жил тут никто, это да. Но полы, стены и крыша, и печь все в порядке. Я сам вчера ездил, проверял и печь на кухне топил.
— А комнаты как греют? — поинтересовалась я.
