Это однозначно было «да».
Учитывая, что джампер был родной «тэшкой» этого корабля, мы почти наверняка смогли бы открыть шлюз «Интрикса» через СДК. Однако Рим заявил, что в этом случае нас встретят во всеоружии и наглядно продемонстрируют, как это было невежливо. Мы истратили кучу времени в попытках наладить связь с рубкой.
– По-моему, они сами не очень-то вежливые, – заметила я, убедившись в полном игноре со стороны «Интрикса».
– Ну, не лепи сразу ярлыки! Может, просто мертвые. – Тон у Рима был обеспокоенный.
– Это из-за струн. Без квантовой коммуникации вся ваша связь бесполезна. Дайте я… – Фриам оттер меня плечом и вцепился в энерпульт.
Инфокна зарябили, будто не могли решить, работают они или нет.
– Что ты делаешь?
– Пытаюсь послушать эфир, только этот проклятый «стеллс» все глушит, – проворчал Фриам с секундной задержкой. – Нет, не выйдет. Предлагаю прыгнуть туда и осмотреться.
– А ты точно допрыгнешь? – нервно уточнила я.
Судя по приборам, между кораблями было приличное расстояние, хотя визуально – вот он, «Интрикс», хоть пешком иди.
– С «Армады» же допрыгнул, недоверчивая моя.
– Ага, на потолок! И это у нас «стеллса» не было.
– Согласен, штука неприятная, – нехотя признал Фриам. – Но глазами-то я его вижу, и если что-то пойдет не так…
– Ладно, будем невежливыми! – Рим, не дослушав, выкрутил штурвал, направляя джампер к материнскому кораблю.
Не удержав равновесия на вираже, Фриам снес меня и чуть не придавил, но в последний момент просто переместился обратно, так что в стенку я врезалась в одиночестве.
***
На первый взгляд в ангаре не было ни души. Гулко разносилось в тишине эхо наших несмелых шагов и характерные пощелкивания остывающих маневровых двигателей.
Но не успели мы спуститься по трапу, как Фриам болезненно зашипел и споткнулся, хватаясь за уши.
– Ты чего?
– Т-терральтер… только что…
– А НУ СТОЯТЬ! – вдруг рявкнуло на весь ангар, и влетела взмыленная Тори. Горящий предмет, которым она красноречиво замахнулась на Фриама, больше всего напоминал мочалку. – Отошел от них, быстро!
Фриам едва успел на нее взглянуть, покачнулся и послушно отошел… в обморок. Рим, стоявший на две ступеньки выше, вхолостую мазнул руками, но поймать не успел, а я не стала и пытаться – все равно не удержу, еще и покалечусь вместе с ним.
Пол встретил Фриама приветливо, и не подумав испариться, или что там еще делают материальные объекты, когда в них с размаху втыкается форисцианский нос.
– С вами все хо… – начала было Тори и страшно изумилась, когда мы с Римом, не сговариваясь, кинулись хлопотать над Фриамом.
– Ты чего на людей бросаешься?! – напустилась я на нее. – Гаси эту хрень и иди сюда!
– Это же Фриам О’Рэй, сообщник Ревенсона! – оторопело откликнулась флиберийка, так и застыв с этой нелепой мочалкой в поднятой руке. – Как он вообще тут оказался?! Захватил ваш джампер? Вы не пострадали?
– Тори, он за нас! Мы ему помогаем!
– Да что ты такое несешь?!
– Потом все выясните! – сердито оборвал нас Рим, переворачивая нашего бесчувственного союзника на спину. – Помогите его растормошить!
Я с максимальной деликатностью захлопала Фриама по щекам. Ударился он явно лицом, но черная, будто совсем без кислорода, кровь преимущественно текла из ушей. Что же он такое услышал перед тем, как отключиться?..
– Что вообще происходит? – Тори затоптала свое «оружие», но подходить не спешила. – Почти сразу, как вы улетели, начались неполадки с энерпультом. Мы не можем связаться с группой захвата, а тут вы лезете через СДК!
– Долго объяснять, Тори. Мы пытались предупредить вас, но не смогли. Что там с десантниками, они хоть что-нибудь успели передать?
– Отчитались об успешном проникновении на некий рейдер. Сопротивления не встретили, но потом связь оборвалась и наладить ее до сих пор не вышло.
– Нужно отвести Фриама к капитану, он сам все объяснит и, возможно, поможет со связью.
– Но он же преступник!
– Оказывается, не совсем. Он типа благородный и все это делал ради спасения своей планеты.
– Тиреи?
– Форисциса. Ну что ты так смотришь? Я правду говорю!
– Это-то меня и напрягает, – вздохнула Тори.
Она настороженно приблизилась и оттянула Фриаму веко. Не знаю, что именно она хотела там увидеть, но эффект превзошел все ожидания.
Узкий вертикальный зрачок, слепо смотрящий в одну точку, внезапно дернулся, развернулся во всю ширь, пожрав голубизну радужки. Сразу за этим все мои внутренности скрутило так, словно их упихивали в спичечный коробок. Всего одно мгновение, жуткий болевой спазм – и я, корчась в муках, будто с высоты шмякнулась на пол. Рядом с теми же симптомами повалились Рим и Тори.
– Что… что это было? – прохрипела флиберийка. – Кажется, на меня…
– Космос наступил? – подсказал Рим, обмениваясь со мной понимающими взглядами.
– Фриам! – Я затрясла упомянутого с куда меньшим почтением. – Мы так не договаривались! Куда ты нас притащил?!
Тот, простонав что-то невразумительное, вяло отпихнул мои руки и кое-как приподнялся на локтях.
