– Ты с ней справишься, просто включи обаяние! – Рим ободряюще хлопнул его по плечу и рысью умчал в глубь леса, пока лингвист не передумал, а Тори – не спохватилась. Я подмигнула Финику, который явно искал в себе включающую обаяние кнопку, и поспешила следом.
Путешествия по инопланетным лесам всегда давались мне непросто. Каждый раз, когда я оказывалась во власти дикой природы, та принималась усердно демонстрировать, сколь меня не любит. Боясь попасть в очередную передрягу, я бежала за Римом, не отвлекаясь на осмотр местной флоры. Но не заметить удивительной красоты хрустальную крошку под ногами было невозможно: ею, как снегом, был усыпан весь лес. Она искрилась под лучами солнца, отбрасывая задорные зайчики, как разбитый дискошар.
– Что это, семена? – Я все-таки не удержалась и, чуть отстав, зачерпнула хрустальные гранулки горстью. За что тут же получила по рукам.
– Сколько раз повторять: не хватай незнакомую инопланетную бяку! – Рим потряс моей ладонью, стряхивая последние хрусталики, и внимательно осмотрел. – Куснуть не успели?
– Они живые?!
– Это бриллиантовые черви, паразиты. Через час в месте укуса вырастает вот такой волдырь – реакция на местную микрофлору.
– Вау! – возликовала я, оглядывая переливающиеся гранулы с еще большим вожделением. – Рим, а можно…
– НЕТ!
– Зачем же сразу так кричать, я только хотела…
– Нет, Саша!
– Ну ма-аленькую горсточку…
– Ни за что!
– Одного! Клянусь, всего одного, и я…
Он заткнул мне рот поцелуем. Бесчестный прием!
***
Каждая высадка по минутам расписана МИК, но глава группы, сиречь контактер, имеет право менять этот план на свое усмотрение. Невозможно предусмотреть все капризы чужого мира, сидя в комфортабельном офисе на другом краю космоса, слишком многое приходится перекраивать на месте. Поэтому на дикой планете Рим – главный и единственный командир. Даже капитан, если тому захочется слетать на высадку, обязан будет ему подчиняться. Неудивительно, что Леотимир не горит желанием покидать корабль в компании младшего брата.
Это значительно усложняло Тори работу. Она не могла нагрянуть к Риму без предупреждения, как в другие отделы: для посещения чужой планеты вместе с группой высадки ей требовалось его разрешение. Наглеть тоже было нельзя: контактер запросто мог запереть ее в шаттле до конца миссии, и попробуй докажи, что без повода! Высадки – самая опасная работа в МИК, и от благополучных возвращений группы зависят все научные отделы кораблей. Не будет их – не будет и материала для изучения, а без этого встанет весь исследовательский флот. Поэтому герои, готовые рисковать собой на диких планетах, юридически защищены от и до.
Честно говоря, на месте Тори я бы вообще не стала в это ввязываться. Проверить группу можно и проще: например, посмотреть записи предыдущих миссий. Девица оказалась самоуверенной, и тем приятнее было наблюдать, как Рим щелкает ее по носу, возвращая с небес на усыпанную хрустальными паразитами землю. Однако в его плане, на мой взгляд, гладко было не все.
– Думаешь, Тори не догадается, что история с шаттлом подстроена?
– А ты как догадалась?! – на ходу обернулся Рим. – Мы же полночи репетировали!
– Просто сложила два и два. В ангаре ты клялся, что Тори будет не до проверок сегодня, и тут же ломается шаттл… Надеюсь, настоящей опасности не было?
– Конечно, нет. «Фибрра» с самого начала нас придерживала.
– А если бы что-то пошло не так? У тебя пассажиров полна коробочка!
– Это же не туристы какие-нибудь, а члены экипажа флиберийского линкора. Они каждый день сквозь межпространство летают, что им какой-то шаттл? – Рим отпустил только что отведенную ветку, и та прилетела мне прямо в лицо. – Упс, прости… К тому же, не в курсе были только вы с Тори.
– Мог бы и меня предупредить!
– Ты была бы не так убедительна, если бы заранее знала, что это спектакль.
До меня запоздало дошло, что и Синт с Кипом, вопреки обыкновению, не верещали в опасной ситуации. Следовательно, для них она тоже не была сюрпризом.
– И ты, Брут! – в сердцах бросила я, патетично потрясая коммуникатором.
– Кто?
– Не важно! Остальным же ты сказал!
– Мне пришлось. Кай и коммуникаторы слишком хорошо разбираются в кораблях и могли ненароком нас выдать, а у Финика от страха стопоры слетают, он бы нам тут наворотил дел! Зато ты добавила реалистичности, особенно, когда переводчик перестал ориентироваться в твоих ругательствах.
Я в очередной раз запнулась о какой-то корень, торчащий из-под россыпи бриллиантовых червей. Пожалованная Римовой веткой царапина настойчиво мельтешила перед глазами, заставляя меня замечать собственный нос. Он всегда был таким длинным?..
– И Тори поверила и выдала реакцию даже более яркую, чем я ожидал.
– А чего ты ожидал?
– Как думаешь, какая слабость у Леотимира? – вопросом на вопрос ответил Рим.
– Она у него есть? – изумилась я. – Не знаю… лед?
– Попробуй еще.
– Ну-у… офисная работа?
