Не гнушался я использовать местную пропаганду и для исправления своей репутации. Не дело это быть Разрушителем в сознании своих же подданых. Да, я разрушил старый режим, но также строю новый, и улучшение уровня жизни большей части населения отлично согласовывалось с новой повесткой дня. Да и вообще, стоит ли это называть пропагандой, если то, что вещают теперь местные СМИ — чистая правда. Моя история не нуждается в том, чтобы её переписывали, достаточно просто рассказать всё, как есть. Я ведь такая же жертва Заксальского террора, как и все они — простые флаксанцы и рабы — просто мои когти и зубы оказались крепче и острее, чем у хищника на меня напавшего.
Что касается самих Заксалов. Как я уже говорил ранее: старые, добрые репрессии. Ну и национализация нечестно нажитого имущества, конечно же. После долгих раздумий и совещаний с новым правительством — правда те в основном предлагали вырезать Заксалов полностью — я выбрал один из недавно разорённых флаксанцами миров в качестве места ссылки. В этом мире ещё не затянулись послевоенные шрамы и не угасла ненависть к флаксанцам. И теперь всё высокопоставленное взрослое представительство правящей семьи будет трудиться на благо разорённого ими же мира, под тщательным присмотром местного правительства, конечно же. На счастье, флаксанцев рабства в этом мире не было, так что ассимиляция с местными населением пройдёт даже быстрее, чем это было с афроамериканцами в Штатах.
Конечно, не обошлось без недовольства и попыток сопротивления новому режиму. В подавляющем большинстве случаев это были нежелающие терять свою власть Заксалы и представители других высших каст. Было также несколько попыток захватить контроль над Звёздным Щитом, но всё безуспешно. Вот уж с чем новое правительство, реформированные армии и добровольческие отряды справлялись отлично, так это с раскулачиванием своих бывших господ. С каждым днём новый режим становился всё прочнее и мне всё реже приходилось лично вмешиваться в его дела.
Так что я мог сосредоточиться на собственной приоритетной задаче: спасении угнанных в рабство землян.
Не забыл я и про «освобождённых» Бессмертным женщин, ради встречи с которыми посетил имение нового генсека временного правительства. Хорошо пристроился ублюдок, может намекнуть народным представителям, что свои привилегии Бессмертный получил ещё при старом режиме и его самого тоже можно раскулачить немного? Хм…
Итак гарем Бессмертного… на удивление, не все женщины захотели возвращаться на Землю. Многим вполне понравилась новая жизнь, особенно перспектива оставаться молодухами на протяжении тысячелетий. Часть из них и вовсе решили не покидать гарем, другие — и такие попадались и среди обычных рабов — просто решили начать новую жизнь в этом мире. Обещания равноправия и долгой жизни оказались для них достаточным основанием, чтобы отказаться от возможности вернуться домой и вместо этого попытать счастья в новой жизни. Я не берусь судить их за это, но наличие довольно обширного представительства людей, которым может в любой момент приспичить вернуться на Землю, здесь может создать много головной боли в дальнейшем.
Как нетрудно догадаться все эти мероприятия затянулись ещё на несколько месяцев. Всё это время, пока в мире строился социализм, я жил в бывшем императорском дворце, наслаждаясь привилегиями узурпатора. Боже, какое же это удовольствие впервые за полгода снять с себя осточертевший, и изрядно потрепавшийся, костюм и принять ванну. Я не мечтал об этом так сильно, даже во время срочной службы в армии, а нас там так долго держали в полях на учениях, что баня и берёзовый веник начинали являться мне во снах! Берёзок в этом мире, к сожалению, не было, но зато имелись императорские ванны. Огромные, рассчитанные на купание с гаремом жён и наложниц, обустроенные по последнему слову техники и с максимальной роскошью — и всё лишь для меня одного.
Почти идеально… лучше было бы только разделить это удовольствие с кем-нибудь. Не то чтобы я не мог найти себе женщину — среди решивших остаться в этом мире, нашлось бы немало тех, что посчитали бы за счастье греть постель новому правителю планеты — но… не знаю, почему-то в такие моменты я вспоминал Еву, и иногда Бритни, и всякое желание искать себе женщину на ночь отпадало.
В свободное от политики время, я третировал местных медиков и учёных. Первые, обливаясь потом, пытались совладать с моей искалеченной рукой, а вторые в не меньшем поту изобретали необходимое для этого оборудование. Тот самый, будь он проклят, подавитель, при помощи которого меня чуть не упокоили.
Его можно было использовать, чтобы локально ослабить мою неуязвимость, после чего врачи смогли как следует обследовать обрубок и провести операцию, после которой восстановление ускорилось в десятки раз. Стоило врачам соединить оборванные кровеносные сосуды и нервные волокна, как вилтрумитская регенерация включилась на полную. И через день после операции я, впервые за полгода, почувствовал свою руку и смог шевелить пальцами!
