Марево снова уснуло где-то внутри нее, свернувшись кольцами, как огромный дракон, но она его чувствовала. Этот дракон всегда был с ней. Дышал в унисон, смотрел на мир ее глазами. Нужно только разбудить его и выпустить на свободу — но держать крепко, на короткой привязи.
Прошла минута, затем еще одна. Ничего не происходило. Макс не торопил ее, никак не вмешивался и даже почти не дышал, но Аня все равно ощущала его присутствие всей кожей.
В конце концов она сдалась. Макс увез ее в глушь, подальше от людей, в безопасное место — но для дракона здесь было слишком безопасно.
Аня выдохнула, открыла глаза. В отчаянии оглянулась на Макса:
— Что мне сделать?
Он задумался, а потом предложил:
— Вспомни брата.
— Вспоминаю каждую минуту.
— Конечно. Но сейчас сосредоточься только на нем. Вспомни его лицо. Вспомни, каким он был.
Аня снова закрыла глаза, и Пекка встал перед ней таким, каким она сохранила его в памяти: с мягкой улыбкой — одним уголком рта, блестящими темными глазами, широкоплечий, крепкий, дурашливый в хорошем настроении. Потом взрослый Пекка сменился маленьким — в тулупе и валенках, с красными от мороза щеками и инеем на ресницах, с мокрым носом и облачком пара изо рта. Без переднего зуба, конечно же. Он так смеялся, когда молочный зуб выпал, а Анники расплакалась от жалости…
— Вспомни его взгляд. — Голос Макса, тихий и вкрадчивый, звучал совсем близко. — Каким он был, когда ты видела его в последний раз?
Лицо Пекки вновь изменилось — повзрослело, осунулось, потемнело от грязи. Пекка смотрел исподлобья глазами побитой собаки.
— Представь, где он был… Совсем один, без твоих писем.
Губа разбита, руки связаны за спиной. Какие-то темные застенки. Ох, милый, милый Пекка…
— Его расстреляли, Аня, — жестко сказал Макс, и где-то вдали хрустнула ветка. Аня вздрогнула. — Он не был виновен ни в чем, но его расстреляли.
— Из-за меня, — прошептала Аня.
— Да, из-за тебя, — надавил беспощадный голос. — Но разве ты этого хотела? Нет. Это сделали другие люди. Они отдали приказ…
Что-то изменилось. Аня почувствовала, как внутри нее подняло голову нечто большое, горячее, как опалило огнем живот, раздвинуло ребра — а потом все заполнил едва слышный, тонкий звон.
— Вот так, Аня, собери эти чувства, — возбужденно говорил Макс у самого ее уха. — Этих людей нужно победить. Они заслужили твой гнев.
Все другие звуки утонули в звоне, только голос Макса оставался с ней. Он шептал прямо в голове: «Твоя ярость праведна. Твой дар прекрасен. Нет ничего плохого в том, чтобы с его помощью защищать любимых людей».
Аня вдохнула — и иссушающая, гулкая волна раздалась во все стороны. Поднялся ветер, вода на реке пошла рябью, деревья зашумели, теряя желтые листья. Сила толчками выходила с каждым выдохом, стекала с пальцев, обжигала горло. Закричи она сейчас — и деревья вокруг снесет, будто ураганом. Взмахни рукой — и камни вывернет из земли, раскидает по округе.
Казалось, она поднялась выше самых высоких сосен, стала горячей, как солнце, и неколебимой, как земная твердь. Она могла бы объять весь мир и сберечь его в своих ладонях. Дракон глядел сквозь ее глаза, и Аня знала: она и есть дракон. И всегда им была.
Камни моста под ее ногами задрожали, в ушах засвистело, и тут она услышала громкое, испуганное:
— Анники!
Марево схлынуло. Выдохнув, Аня открыла глаза. Одновременно с этим с неба рухнула вода — это река поднялась из русла, послушная силе. Вода окатила Аню с головы до ног, и она, взвизгнув, отскочила — прямо в руки к Максу. Он тоже был весь мокрый, но смеялся громко и счастливо.
— Аня! — Он крепко обнял ее и, не удержавшись, расцеловал в щеки. — Das ist großartig! [3] Ты великолепна!
— Спасибо, — пробормотала Аня, ужасно смущенная его радостью. Макс был первым, кто искренне восхищался ею. Хотелось закрыть лицо, спрятать глаза, но Макс не позволил. Поймав ее подбородок, он серьезно взглянул в ее лицо и сказал:
— Вот настоящая ты. Вот твоя сила. Можешь пользоваться, когда тебе нужно.
Он наклонился к ней совсем близко, коснулся кончиком носа. Его губы оказались мягкими и горячими, а поцелуй — настойчивым и сладким. Он опалял почти до боли.
1. Добрый день, фройляйн Анна! (
2. И будет ждать гостей. Надеюсь, мы еще увидимся (
3. Это великолепно! (
2. И будет ждать гостей. Надеюсь, мы еще увидимся (
3. Это великолепно! (
1. Добрый день, фройляйн Анна! (
Лихолетов
Шли целый день — вдоль реки, затем через болото, из которого эта река вытекала. Без Егеря отряд «М» вряд ли бы смог преодолеть топкое место в полном составе. Медведь шагал, не разбирая дороги, то и дело проваливаясь в трясину. Один раз его даже пришлось вытягивать жердью. За Волком тоже нужен был глаз да глаз. Последние километры Лихолетов снова тащил его на себе.