– Все хорошо, – сказала Провидица. – Жрица спит. Саандору сюда не попасть. Тофф, Верфетуйе и Ремистру нужно время, чтобы побеседовать. Но они знают, что вы здесь, и приветствуют вас… Следуйте за мной. Мы еще вернемся.
Звеня цепью, она пошла обратно к пещере, явно не сомневаясь, что Ган и Артем последуют за ней.
– Ты как? Тебя хорошо приложило об валун. Не тошнит? Голова не кружится?
Артем потер затылок:
– Нет… Только болит.
– Ты помнишь, как вылечил Дайну?
Артем неуверенно кивнул:
– Вроде да.
– И как появился Сандр? – Новый кивок. – Мы сбежали от него. Боги… Тофф перенесла нас сюда. Ты вырубился. Ударился об валун. Мы попали сюда через озеро…
Артем кивнул:
– Да. Они объединили усилия, чтобы перенести нас через пространство, но не пустить Сандра. Это сильная магия – то, что здесь называется магией… В одиночку Тофф не смогла бы это сделать.
– Откуда ты знаешь?
Артем растерянно уставился на Гана:
– Я не знаю.
Провидица отошла уже на десяток метров, и они пошли за ней, оставив Дайну на берегу.
– С ней все будет хорошо, – сказал Артем, как будто успокаивая самого себя, потому что Ган его ни о чем не спрашивал.
Они дошли до проема пещеры всего за пару минут. Время и пространство здесь, в долине Литта, судя по всему, вели себя как им угодно.
Пещера дохнула на них прохладой – и встретила мягким светом темно-зеленых лишайников и лиловых грибов на стенах. Тут и там по ним сбегали, как торопливые крохотные зверьки, струйки влаги.
Ган и Артем спустились по широким каменным ступеням навстречу голубой прохладе подземного источника. От воды исходило неяркое нежное сияние. В нем смешивались друг с другом мерцание лишайников и грибов, отраженное в воде, и ее собственное свечение. На дне гонялись друг за другом гибкие темные угри или водные змеи – точнее было не разглядеть.
В центре источника, на темном гладком камне, лежал осколок ярко-алого камня.
Провидица вошла в воду, и белый подол платья облепил ее ноги. Ган последовал было за ней, но Артем вцепился ему в рукав:
– Не надо… – Выражение лица делало слова убедительнее, и Ган остановился.
Провидица тихо шептала что-то себе под нос, и угри ластились к ее ногам, как кошки. По поверхности воды прошла нежная рябь, и пол под ногами содрогнулся, как от слабого землетрясения. Ган дернулся в сторону выхода – но Провидица выглядела спокойной, и он остался.
Она подошла к темному камню и взяла алый осколок в руки – благоговейно, как живое.
– Арте, – тихо позвала она, – таким именем ты нарек себя сам, а значит – это твое истинное имя. Войди в воду. И дай мне Гинн. Пришло время ему снова стать собой.
Артем послушно ступил в воду. Угри прыснули к нему, ткнулись в ноги, и на какой-то миг Гану показалось, что они собираются атаковать, но те, потолкавшись у его ног, приняли решение – и отступили.
Артем зашел по колено и двинулся к Провидице. Лицо его сделалось отрешенным – голова, судя по всему, больше не болела.
Он открыл карман и достал красный камень. Часть из города Тени, часть из хранилища Дали в Северном городе и та часть, что принадлежала Сандру, теперь должны были встретиться с четвертой частью, все эти годы прождавшей в подземном гроте долины Литта.
Провидица протянула руку, и Артем без колебаний отдал ей камень. Теперь они оба стояли боком к Гану, и он видел, как Провидица что-то шепчет перед тем, как сложить Гинн воедино. Под ее руками засиял неяркий алый свет – части камня соединились.
– Гинн снова един, – выдохнула Провидица, и цепь на ее шее радостно звякнула. – Камень богов снова в долине Литта.
– Вот так просто? – пробормотал Ган. – Как-то подозрительно.
Провидица с улыбкой повернулась к нему:
– Великие вещи порой совершаются с поразительной простотой.
– Прекрасно. Тогда, может, теперь, когда мы принесли камень, вы так же просто поможете нам вернуться домой?
По лицу Провидицы пробежала легкая тень:
– Увы, князь, с этим все может оказаться не так просто.
– Я не могу уйти, не так ли? – спросил Артем, все это время сосредоточенно глядевший на алый камень, который Провидица осторожно вернула на черный постамент.
– Верно, не можешь. Пока что. Ты вобрал в себя то, что принадлежит нашему миру. И это необходимо вернуть.
Плечом к плечу они вышли из воды. Артем поднял глаза на Гана – и тут же отвел взгляд:
– Может быть… вы отпустите его? А потом, когда я смогу…
– Брось свою ерунду, братец, – сказал Ган, уже ненавидя себя за эти слова, – мы вернемся вместе. Так что не надо этих трагических речей.
Земля под ними дрогнула.
– Боги готовы вас принять, – сказала Провидица. – Следуйте за мной.
Ган бросил прощальный взгляд на Гинн. Что-то в нем притягивало – то ли волны тепла, как будто струящиеся над водой, то ли неяркий блеск неровных граней. Здесь, на своем месте, камень выглядел так, словно в его глубине алым язычком пламени плясали все тайны мира – или даже нескольких миров.
Поднимаясь на поверхность, Ган ругал себя за вырвавшиеся слова. Дело было не только в том, что он боялся вернуться к Кае без Артема.
Нет, друзьями они не были. Но после взаимных откровений он чувствовал какую-то связь – и ее нельзя было так просто отбросить.
