Вот с Сашей Крутиным, сослуживцем и другом Вячеслава ещё со времён службы на китайской границы, теперь и моим, я в четверг ненадолго пересёкся после работы, и то соблюдая, ага, настоящую конспирацию. Хотя, теперь и ему было не до меня. И его жена Юля пару дней назад родила сына и пока находилась в роддоме. Мне всё равно надо было дождаться Ирму и Инессу, оттого я как бы решил немного прогуляться по округе пешком и прикупить в магазинах еду. Вот по пути меж двух магазинов мы с ним и встретились, и слегка поговорили о моих печальных делах.
— Знаешь, Слава, мне удалось, хоть и с трудом, кое-что узнать насчёт подброса валюты тебе. Хотя, многие у нас возмущены. Там не всё чисто оказалось. Збарский не один действовал, но, похоже, уже не узнать? Он как бы сразу, ещё ночью в пятницу, ударился в бега, и теперь его местонахождение неизвестно. Может быть, его больше никогда и не найдут? Лившиц на время как бы отстранён от работы и даёт показания, но лишь насчёт отдельных упущений в своей работе. Они со Слоновым как бы и непричастны. И, скорее, им ничего не будет. Получат лёгкие взыскания, может, понизят в званиях, и всё! — Друг посмотрел на меня виновато. Но, что делать, так и бывает. Я прекрасно знал о таких вещах. Честь мундира, не выносить сор из избы и тому подобное… Так и наплевательское отношение верхов и начальников разного уровня к простым людям никуда не исчезло и с гибелью царского режима. В новые буржуйские времена в России станет ещё хуже! Бюрократия вечна и неистребима! А сейчас меня сольют, и лютое прегрешение стражей порядка замнут. — Лившиц, конечно, должен был сразу же задержать Збарского, но почему-то ничего не сделал. Скорее, его начальство ему так и приказало. Я не знаю, что там у тебя в Доме культуры конкретно произошло, но, вроде, в КГБ ничего такого против тебя не имеется.
Я таиться не стал и рассказал Саше как бы всё. Само собой, пусть и он хоть что подозревает, но не стоит ему знать, что это я сам вернул Видову валюту. Всё согласно версии, что всё явилось для меня полной неожиданностью. Он и не стал мне ничего предъявлять. Хотя, это и не должно было его интересовать.
— Можешь не беспокоиться, Слава. Пока шум стоит большой. Никто к тебе лезть не будет. Хотя, особого интереса к тебе и нет. Не знаю, с чего это комитетчики решили подбросить тебе валюту? От тебя же в деле Паши Зацепина ничего не зависит. Что задержал, так они сами собирались на тебя напасть. Похоже, что какой-то твой тайный враг Збарского попросил? Для чего, неясно. Кстати, и капитан Миронов отстранён от работы. Слишком засветился связью со старшим Зацепиным и, скорее, в КГБ работать больше не будет…
Ну, ладно, успокоил меня Саша. Хотя, друг и есть. Правда, пока я, чтобы нигде его не светить, ни в гости к себе не пригласил, ни на концерты не позвал. Тем более, уже и не имел такой возможности… Само собой, поздравил от души с рождением сына и передал ему от нашей семьи скромные подарки — ну, его жене Юле красивое и довольно дорогое украшение, и им всем на семейные нужды конверт с небольшой суммой в тысячу рублей. Наша семья теперь не особо нуждалась, а им она будет в самый раз. Ещё и напомнил Саше, что мы с Ингой желаем стать крёстными их сына, пусть даже без крещения в церкви. Хотя, это ему, в отличие от нас, могло сильно повредить в карьере. Друг сразу же согласился. Они с Вячеславом сильно сблизились ещё на китайской границе, и грех было с моей стороны рвать такую верную дружбу. Ведь парни не просто вместе служили и делили всё, что у них было, пополам, но и воевали. А это свято. Кстати, и Саша был награждён медалью «За отвагу».
Вот на другой день мне, сильно взволнованные и явно сгорая от нетерпения, позвонили и Костя с Фёдором. Они долго извинялись, но в конце всё-таки выдали, что хотели бы работать со мной и далее. Правда, я нисколько не сомневался насчёт них. Мы слегка обсудили, ага, наши дела. Парни сообщили, что дела с регистрацией ВИА у них потихонечку продвигаются, а сами они почти подобрали репертуар и много репетируют. Кое-какие музыкальные инструменты, конечно, советские, они уже закупили. Хотя, что-то имели и ранее. Со своей стороны, я заверил их, что история с подбросом валюты мне никак не навредила. Сообщил, что это была попытка провокации, и к делам с валютой я никогда не имел отношений. И мы договорились, что как только они зарегистрируют свой ВИА и продумают дальнейшие шаги, я предоставлю им и другие обещанные, и полностью новые, никем не исполнявшиеся песни. Конечно, не всё сразу, но ещё несколько штук точно. Хотя, они без всяких ограничений могли пользоваться всеми моими, уже выданными на белый свет, произведениями.
А в субботу, после полудня, мы с женой и детьми, и её сёстрами всё-таки явились на репетицию всё ещё нашего ВИА «Май». Надо было прогнать перед концертом хоть слегка исполняемые нами номера. Хотя, уже не моя забота. Нам с Ингой спеть свои песни труда не составит. Я даже не обижусь, если нас не выпустят на сцену.
