Голос жены, ещё недавно, при гостях, добрый и игривый, на этот раз уже сильно сочился едкостью. И это, как говорили в лихие девяностые, был конкретный наезд! Похоже, Инга считала, что я как бы готовлю себе «запасной аэродром», понятно, на случай чего. Ей, конечно, уже давно сильно не нравились и мои тайные разговоры с Петром и Самсоном. Ясно, что мы могли обсуждать, и говорили, и о ней. Они же многое знали о моей жене до нашей женитьбы и, из-за места службы, как бы и приглядывали за мной, заодно, и ней. Так что, «искра», и давняя, имелась. А из искры возгорается пламя… А тут ещё мой новый проект, который как бы ущемлял её…
Инга явно хотела устроить мне, несмотря на всю мою любовь к ней, так ведь и поводов не давал, небольшую, ага, «взбучку для бодрости». Да, настроение у неё точно как флюгер! И тут, скорее, не столько ревность, как больше желание снять накопившееся внутри неё самой напряжение. Вытерпела она меня до сих пор, но уже и предел наступил! Надо разрядиться до следующего раза! Да, и не стоит гадать, не любит. Но и я давно не сахар, и она сейчас добилась лишь того, что у меня внутри образовался ещё один небольшой камушек, который потом может вернуться и к ней самой.
Пусть мне и не хотелось ссориться, но злость внутри меня всё же проснулась. Хоть и резко, и нежданно, я решил дурные претензии жены и сейчас не оставить без ответа. Просто интересно стало, на что она была готова. Вдруг ненароком выдаст себя?
— Э, Инга, мне от тебя таиться и желания, и смысла нет. Всё равно тебе же всё покажу. И мне непонятны твои слова. Решила приревновать меня на ровном месте, и неизвестно к кому? Так я, уж сколько вместе живём и, в отличие от тебя, ничего такого, вроде, не допускал? Я с Ларисой с июля не виделся, и с Дамирой общался только по делу. Думаешь, что я стараюсь не дать тебе блистать на сцене? Ну, если хочешь, то, пожалуйста, блистай, только без меня. Ты и так знаменитость похлеще разных артистов! Но имей в виду, что ничего хорошего в их тусовке тебя не ждёт. Меня уже сейчас начали прессовать. И лезть в этот «гадюшник» и «караулить» тебя я не собираюсь. У меня полно и своих, и более важных дел.
Тут Инга покраснела ещё сильнее. И злость чётче проявилась на её милом личике. Так и я жалеть её не собирался. Пусть прямо не сказал, но всё же намекнул, что, если что, скатертью дорога. И, явно почувствовав моё раздражение и готовность ответить, Инга, похоже, пока решила «дать задний ход». «Милая взбучка» ожидаемо грозила перейти в крупную ссору, но она явно не входила в её планы.
— Э, Слава, ты меня сейчас не так понял. Извини! Ладно, не думай ничего плохого. И напрасно не беспокойся. Я не собираюсь становиться артисткой. Мне наша семья важнее.
Ага, не думать? И семья важнее? Насчёт меня уже понятно, но детей Инга обожала. К тому же, не от жены я таился. Мне просто сразу много музыки выдавать нельзя. И так постоянно ссыплюсь. А что не всё ей выдаю, так заслужила. И сейчас сама себя выдала и досадливо морщилась. Ладно, что не от злости на меня, а на себя. «Пар-то» спустила, но вот последствия не рассчитала.
Жаль, но далее Инга на обострение не пошла. Похоже, пока ничего такого и не хотела? Но вечер был безнадёжно испорчен. Я, несмотря на удивлённые глаза Ирмы и Инессы, даже лёг спать один на диване в рабочем кабинете. Как бы и протест, так и прелести жены миг потеряли привлекательность. Что же, бывает…
Так-то, пока ничего страшного не случилось. Мне и самому надо был спустить «пар». Честно говоря, из-за этой пары потайных писем, отправленных из Москвы, я был весь в напряжении. Хоть и уверен был, что никаких зацепок не оставил, но всякое может случиться. Вдруг придётся с места податься бега? Если поймают, то и сейчас никто меня жалеть не будет. Уничтожат, и вообще без следа. Пропал без вести, и дело с концами. И семью могут зачистить только так. Во власти «добряков» нет, там только хищники!
В воскресенье мы, как будто вечером ничего не случилось, мирно продолжили прежнюю семейную жизнь — вместе занимались домашними делами, гуляли с детьми, смотрели телевизор. Так-то, и в мире кое-где как бы наступил мир. К примеру, Израиль и Египет явно прекратили «Войну Судного дня». Но у нас в семье, несмотря на мир, наступило и некоторое охлаждение. Мне резко расхотелось заниматься сочинением сказок, так и решил, что пока усиленно выдавать «на гора» музыку не стоит. Конечно, огорчил девочек, но и музицировать вместе с ними не стал. И вновь лёг спать один.
В понедельник, как обычно, я пошёл на работу. Как убрали «военку», у меня вдруг сразу же появилось масса времени. Но в дела отдела и своих коллег влезать я не стал. Пусть Костик расхлёбывает свои «хвосты» сам. У меня нашлись и более важные занятия в отделе ТНП — электрочайники поставить на поток, так и мясорубкой занялся. В отделе появился лишь под вечер, когда все уже ушли домой. Надо же, никто не задержался. Но ещё не конец месяца. Но торопиться домой я не стал. Там пока обойдутся и без меня.
