Судя по всему, это и было целью нападения. Кто-то пожертвовал десятками человек, устроил засаду возле Истока, где Изаму не мог полноценно использовать магию, чтобы похитить Азуми.
Но для чего?
И кто были те трое? Они использовали магию, причём не совсем обычную. Что-то вроде смешения стихий. И, если это японцы, наверняка они были природными магами.
Зараза. Опять, вместо того чтобы строить грёбаную магосеть, мне приходится возиться со всякой чертовщиной. Тайфун, британцы, Крубский, теперь ещё эти проклятые ниндзя, или как их там!
Всех порешу.
Когда мы вернулись в поместье Такеды, Изаму уединился в своих покоях. Он молчал всю дорогу и только у порога попросил через Аико его не беспокоить.
Мне же предстояло разгребать причины и последствия произошедшей херни. Провёл изыскания, чтоб их…
— Нужно узнать, с какого склада были добыты эти ружья, — сказал я. После чего добавил: — И каким способом.
Мы сидели в общей комнате дома. Разместились вокруг низкого стола с горячими чашками чая. На этот раз ритуалы и приличия не соблюдали. Из японцев оставалась только Аико, но и ей было не до манер.
— Будет непросто, — Медведь почесал затылок. — Не думаю, что нас допустят до такой информации.
— Особенно если кто-то самостоятельно отдал налётчикам оружие, — добавила Алёна.
Одежду Алёны пришлось отдать в стирку, а сама она долго отмывала с себя грязь и копоть. И сейчас сидела в юкате — лёгком домашнем кимоно. Надо сказать, ей шла такая одежда, особенно вкупе с распущенными мокрыми волосами.
Но не будем отвлекаться.
— Если кто-то так и сделал, он наверняка хотел подставить Соколова, — сказал я.
Александра назначили ответственным за снабжение. Склады и оружейные тоже входили в его ведомство, и он признался, что Державин вызывал его на ковёр за какой-то проступок. Не связаны ли эти события между собой?
— Или он сам отдал ружья. Может, продал, — пожал плечами Медведь. — Слышал, у него с деньгами сейчас туговато — играть любит, но не умеет.
А вот это уже вызывало подозрения. Если мне не лгало чутьё на людей, Соколов таким бы не стал заниматься. Но отметать возможность нельзя.
— Я соберу данные насчёт Соколова, — сказал Слава. — Если он замешан в этом деле, что-нибудь, да найдётся.
— Хорошо. А я позже отправлюсь к нему и постараюсь разузнать что-нибудь. Алён, найди небольшие Истоки вокруг Токио. Как в тот, где мы были. У меня появилась кое-какая идея.
— Полагаю, прежний план можно выбрасывать? — угрюмо спросила она.
— Положи в архив. Мою идею ещё надо проверить.
Слава с Алёной в моё отсутствие разработали первоначальный проект будущего магоснабжения. Он предполагал соединить крупные Истоки между собой и запитать от них всю Японию. В общем-то тем же самым занимались британцы, но у нас дело ещё не дошло даже до исследования на местах. Но теперь не уверен, что это вообще можно реализовать, не перебаламутив всю губернию.
В Истоке Такеды меня посетила мысль, которую многие могут воспринять в штыки. Но, возможно, это позволит учесть все нюансы и даже оказаться в некотором выигрыше.
Дверь в помещение раздвинулась, и в проходе показалась одна из служанок. Она что-то сказала, глядя на меня.
— Господин Такеда просит тебя зайти к нему, — перевела Аико.
Все замолчали и посмотрели на меня. Ну, кроме Медведя — этот хлебал из чашечки, будто ничего не произошло.
Я встал и последовал за служанкой. Аико прошла с нами.
Изаму сидел в углу небольшой спальни, в полумраке, напротив стойки с древними доспехами.
Сквозь тонкие белые стены из рисовой бумаги едва пробивался свет коридора. А за открытым окном уже смеркалось, раздавалось стрекотание каких-то насекомых.
— Это броня моих предков, — сказал Изаму, не оборачиваясь.
Сам сказал, без Аико. Ему было трудно, но понять было можно.
— Корни, что держат меня в этой земле. Они не дают упасть, но также не дают подняться в небо.
Говорил он тяжело, но поэтично. Похоже, Такеда всерьёз занялся изучением русского языка, и скоро переводчики не потребуются. Но дальше он продолжил на японском:
— Я знаю, кто послал похитителей. И знаю, какие требования они выдвинут.
— С вами связались?
Изаму вздохнул, встал, поклонился доспехам и наконец-то повернулся ко мне. На его лице была какая-то обреченная мрачность.
Он протянул мне небольшой свёрток.
— Это лежало у подножия доспехов, когда я пришёл.
Бумажный свиток, перевязанный белой лентой и скреплённый белой восковой печатью.
— Вы его не открывали?
— Я и так знаю, что там.
А вот я не знал. И Такеда, судя по всему, не хотел или не мог говорить. Думаю, он боялся узнать, что догадки оказались правдивы.
Я разломил печать, снял ленту и протянул свиток Аико. Всё равно на японском ничего не понимал.
— «Одна жизнь», — прочитала она.
— Что это значит?
— Одна жизнь, — ответил по-русски Изаму. — Я или моя дочь.
— Суки…
Шантаж, значит?
— Вы знаете, кто именно это сделал?
— Возможно.
Так, уже неплохо. Значит, мы ближе к цели, чем я думал.
— Игорь-сан, самураи не захотят так просто отдавать Истоки, — продолжил Такеда с помощью Аико. — И не будут терпеть нарушение древних устоев. Я надеялся, у нас ещё есть время их убедить, однако…
