— Говоришь, сам маршал Громов тебя попросил? — Алёна сделала вид, что не услышала моих слов. — Это же круто! Он занимает видное положение в императорском дворце и имеет огромное влияние.
— Да, это так! — ухмыльнулся Арсений, приосанившись.
— Слышь, гонору поубавь, — рыкнул я. — Заслуги твоего дяди к тебе отношения не имеют.
Чудик обратно ссутулился и надулся. Не, надо уводить его из этой пагубной обстановки. Он ведь ещё сильнее скурвится с такой «поддержкой».
— Короче, хватит мне всё воспитание портить! — заявил я. — Тем более, что я даже не успел его начать…
Арсений теперь будет занозой в моей заднице, с этим ничего не попишешь. Но у меня были мысли, как получить пользу от ситуации и даже некоторое моральное удовлетворение. Но чуть позже.
— Надо навестить Хидзаши. Азуми, ты его тоже ведь смотрела?
— Да, с ним всё в порядке. Но раны были тяжёлыми, так что ещё недельку ему лучше полежать в больнице. Пожалуйста, убеди его спокойно долечиться. Доктор сказал, он порывается уйти.
— Тогда давай к нему, — кивнул я.
Мы спустились на этаж ниже, где располагалось отделение для больных, идущих на поправку. Там было шумновато, и обстановка немного напоминала больницу в Нагано после подавления мятежа. Русские с японцами вовсю занимались культурным обменом, играли в карты на желание и сигареты, учили друг другу матерным словам и обсуждали медсестричек. Правда, когда мы проходили мимо, они благоразумно утихали.
Однако на подходе к палате, где лежал Накамура, шум только увеличивался. И причина оказалась предсказуемой. Хидзаши устроил целое представление на глазах у других пациентов, которые только и рады немного развлечься.
— Я здоров! — огрызался он на корявом русском. — Я хочу уйти!
— Сын, послушай лекарей! — воскликнула его мама на японском.
Она тоже находилась в палате, но в этот раз без дочерей. Доктор, полноватый мужчина в халате, держался спокойно, но всё же пытался его уговорить:
— Молодой человек, вы сейчас себя хорошо чувствуете благодаря медикаментам и постельному режиму. Но всё может измениться в любую минуту, на дому должного наблюдения никто не сможет обеспечить, поймите же. Даже госпожа Азуми…
Тут он заметил наше присутствие и воскликнул уже погорячее:
— Вот! Госпожа Азуми, образумьте этого дурака, прошу вас! Он же сам себя угробит!
Хидзаши увидел нас и тут же затих, а его мама кинулась ко мне.
— Разин-сан, убедите моего сына послушать лекарей! Прошу! Вас он послушается!
В этом я не был уверен на все сто процентов, но попробовать стоило.
— Хорошо, Нана-сама. Попробую.
Хидзаши сидел с прямой спиной. Его тело было перебинтовано, а на лицо выглядело бледнее обычного. Но он явно был на взводе.
— И чего тебе не отдыхается, Хидзаши? Кормят, что ли, невкусно?
— Что? При чём тут… Игорь-сан, я себя нормально чувствую! Я глава клана, у меня нет времени здесь отлёживаться!
— Хидзаши! — грозным тоном вклинилась Азуми. — Ты хочешь оставить свой клан вообще без главы? Хочешь, чтобы мать и сёстры были вынуждены справляться со всеми тяготами самостоятельно⁈
Хидзаши снова утих. В палате ненадолго воцарилась тишина, среди которой я разобрал шёпот двух пациентов неподалёку:
— О чём они говорят, Гриха?
— А пёс их разберёт, басурман. Но с чувством ведь орутся, а!
— Ага. Как в театре. Нихрена не понятно, но жутко интересно.
А вот у меня интерес уже пропадал. Возиться с ещё одним дураком сил уже не хватало. Да и с первым-то дураком его не было, чего уж тут…
— Так, Хидзаши, — сказал я. — Если у твоей семьи возникнут проблемы, я их решу. Так что будь спокоен. Нана-сама, у вас же сохранился мой номер?
— Да-да, — закивала она.
— Вот. Поэтому хернёй не страдай и слушай, что умные люди тебе говорят. Неделю всего осталось отлежаться.
Это оказалось непросто, но под ударом аргументов Хидзаши успокоился. Мы ещё некоторое время пообщались, а затем наступило время процедур, и доктор попросил нас удалиться.
Оказавшись на улице, я с наслаждением вдохнул свежий воздух. Настроение улучшилось, одна из главным проблем обещала скоро разрешиться. Два жутко продуктивных мозга скоро должны воплотить мою задумку в жизнь.
Красота-то какая! Лепота!
— Нана-сама, вы на машине? — спросил я. — Если нужно, мы подвезём.
— Не стоит, спасибо вам, — улыбнулась она, кивнув в сторону кареты, запряжённой лошадьми.
Таких становилось всё меньше, но, думаю, они исчезнут ещё не скоро.
— Хорошо. Кстати, я от своих слов не отказываюсь. Если у вас какие-то проблемы, скажите мне, и я постараюсь помочь.
— Ну, что вы, Игорь-сан! — как-то слишком резво воскликнула Нана. — У нас всё в порядке, не беспокойтесь. До свидания.
— До свидания… — протянул я.
Нана спешно забралась в карету, и кучер погнал лошадей вперёд. Я провожал их взглядом и думал.
— Что-то здесь не так…
— Игорь? — отвлекла меня Алёна. — Я решила переночевать в твоём поместье. Ты же не против?
— Конечно нет! — обрадовался я.
Мы с Алёной в последнее время виделись редко. Слишком много забот, да ещё и жили порознь. А одну ночь даже в недостроенном доме можно провести с комфортом. К тому же моя спальня стоит вдалеке от других жилых комнат, и мы можем…
