— Э? — удивился Пражкин, — А ты кто…
Третий за короткое время удар отправил соню в нокаут, а я выбрался наружу и удивлённо огляделся.
Двор был окружён высокими соснами, которые теперь, одна за другой, выворачивались на ветру и с треском падали прямо на дом. Несколько деревьев пробили гараж, ещё парочка достигла дома, а одно протаранило окно на втором этаже.
Нихрена себе отвлёк…
Ладно, восторгаться мастерством Аи буду потом. А сейчас я прошмыгнул мимо взбаламученных охранников, перекинул Верещагина через ограду, благо на той стороне был сугроб, и падение получилось мягким. Перепрыгнул сам, встретился с Аи, и мы поспешили к машине. Всё сработано идеально.
Вот только Верещагин до сих пор не приходил в себя.
━─━────༺༻────━─━
Елизавета Аркадьевна была раздражена. Но в то же время она чувствовала близкий триумф и не могла сдержать ухмылку.
Разин почти сломал её планы. Каким-то образом он узнал, где прятали адвоката, и даже смог вызволить его, но…
Этого было мало.
Всеволод Богданович находился под воздействием магии одного из лекарей рода Загорских. Редкий специалист. Очень редкий. Людей с таким даром и так было мало, но этот специализировался не только на лечении, но делал больший упор на том, как применять свой дар во вред врагам рода. Он погрузил Верещагина в летаргический сон, чтобы тот не пришёл в себя раньше, чем закончится судебный процесс.
Очень хотелось поступить иначе. Хотелось выведать у этого коротышки все грязные секреты Громовых, но отец запретил это делать. Мол, Громовы сейчас слишком сильны и могут объявить настоящую войну, которую Загорские могут и не потянуть. Поэтому сначала они завладеют Тунгусом, наберут больше сил, а вот потом…
В общем, поэтому адвоката следовало просто подержать вдали от города, а затем вернуть в тот же номер гостиницы «Уют», будто ничего не произошло. Выставить всё так, что Верещагин сам пропал на несколько дней. А память ему поправят. Точнее сотрут к чертям.
Елизавета была не согласна, но ослушаться отца не посмела. А коротышка… Ну, теперь он будет спать вечно. Может, так даже и лучше. Разин сам виноват.
Новоиспечённый граф, кстати, опаздывал. До начала заседания оставалось всего пара минут, и даже судья начала нервничать, глядя на пустой стол ответчика. И всё же она нервничала тоже. Всё же должно пройти хорошо, верно? Она готова. Новый адвокат лучше прежнего, а без Верещагина Разину не справиться.
Сначала Разин, потом его дружки из «ЭнергоМага», которым не нравилось новое руководство. А потом и Земская, эта гадкая девчонка, демоны её раздери.
Так почему же она нервничает?
На часах секундная стрелка отсчитывала последнюю минуту. Весь зал молчал в напряжении, а судья уже потянулась за молотком, готовая объявить о начале заседания. Без Верещагина и Разину тут нечего делать. Видимо, он это понял. Жаль, жаль. Елизавета хотела бы посмотреть ему в глаза, когда всё закончится.
Но вдруг раздался скрип петель, и двери в зал заседаний отворились.
Когда я зашёл в зал, все внимание было приковано ко мне. На лице Загорской сначала сверкнул испуг, который тут же сменился ликованием. Но тут на ее холеной физиономии отразился УЖАС.
Потому что следом за мной появился Верещагин.
В прошлый раз Всеволод Богданович строил из себя клоуна, чтобы потом нанести сокрушающий удар. Но теперь он гордо шагал вдоль зрительских мест к нашему столу.
По пути я подмигнул княжне, чем вызвал плохо скрываемую ярость.
— Простите за задержку, Ваша честь, — кивнул я судье, присаживаясь на кресло.
— Что ж, вы всё же успели, Ваше Сиятельство, — ответила она и громко стукнула деревянным молотком и объявила:
— Заседание суда объявляю открытым!
А дальше повторилось все как в прошлый раз.
Да, Загорские подготовились. Новый адвокат оказался получше прежнего, но всё равно не дотягивал до Всеволода Богдановича.
Они пытались поставить под сомнение мою компетентность в качестве инженера магоснабжения во время работы в Тунгусе. С этим смешным заявлением я бы даже справился и без адвоката. Глупый ход, рассчитанный на отвлечение внимания, как мне потом объяснил Верещагин.
Затем они пытались приписать мне попытки угробить Дину. Вспомнили наши поиски Баяра, когда он пропал в лесу на несколько дней. Мы тогда угодили в ловушку браконьеров.
Верещагин отмёл это заявление, доказав, что никаких улик попросту нет.
Чёрт, он был хорош!
Верещагина разозлили. По-настоящему разозлили. Если прошлое заседание было игрой в одни ворота, то здесь — просто бойня.
Если бы словами можно было убивать физически, от Загорской и её адвоката не осталось бы и мокрого места.
Через пару часов мы вышли из здания суда с полной и окончательной победой.
— Спасибо вам, Всеволод Богданович, — сказала я, когда мы остановились на ступеньках возле входа.
Мы оба, не сговариваясь, захотели посмотреть на позорное шествие Загорской.
