Это была немыслимая загадка, противоречащая их опыту, но оттого еще более притягательная. В глазах Нартова загорелся холодный огонь исследователя. Его мозг, получив невыполнимую задачу, уже начал лихорадочно перебирать варианты.
— Проект получает название «Катрина — 2», — объявил я. — С этой минуты все ресурсы Компании брошены на его решение. Алексей Петрович, — я повернулся к царевичу, — вы, как и прежде, отвечаете за координацию. Ваша задача усложняется. Вы должны обеспечить проект, не зная его конечной цели.
Алексей вздохнул, принимая эти правила игры. Мне еще долго принимать «отчеты» о том, что здесь было сделано за последние три месяца, поэтому пусть отвлекутся от текучки.
Вечером, когда шум в цехах стих, я беседовал в своем кабинете с теми, кто составлял мозг моей разросшейся империи. Напротив меня за столом сидели Изабелла и царевич Алексей — их вынужденное за прошедшие месяцы партнерство наконец превратилось в слаженный механизм. Он, с его растущей хваткой управленца, отвечал за «как»; она, с ее острым умом, — за «что» и «почему». Они не нуждались в арбитре: на мой стол ложились уже готовые, взвешенные решения.
— Петр Алексеевич, — начала Изабелла без предисловий, раскладывая листы, исписанные ровным почерком. — Пока вы были в походе, я, по вашему поручению, анализировала донесения и реакцию европейских государств на ваши прошлые успехи. И картина, которую я составила, внушает тревогу.
Она пододвинула ко мне один из листов.
— Раньше они видели в вас гениального ремесленника, создателя диковинных пушек, такого инструмента в руках Государя. Прутская кампания все изменила. Легенда о вашем «небесном корабле», многократно приукрашенная слухами, произведет ужасающий эффект. В глазах европейских дворов вы станете носителем принципиально новой военной философии, человеком, который в одиночку может изменить баланс сил на континенте. Вы сами стали оружием.
Слова Изабеллы заставили поежится. Она озвучила то, что я и сам смутно ощущал.
— А это меняет правила игры, — продолжила она, поднимая на меня серьезный взгляд. — Охота больше не будет вестись за вашими чертежами. Украсть чертеж «Катрины» бесполезно, его не воспроизвести без понимания принципов. Теперь они будут охотиться за носителем знания. За вашей головой, Петр Алексеевич. И за головами тех, кто составляет ваш ближний круг. Особенно, — она на мгновение перевела взгляд на окно, — за головой Андрея Константиновича. Они поняли, что украсть идею невозможно, зато можно украсть человека, способного ее воплотить. И, — добавила она с нажимом, — на вас, Алексей Петрович. Вы — наследник. Ваша жизнь — это будущее Империи, и теперь ей угрожают и придворные интриги, и иностранный клинок.
Я хмыкнул. Воспоминание о неудавшемся похищении Нартова, о той легкости, с которой враг проник в самое сердце Игнатовского, было еще свежо, Брюс говорил об этом. Изабелла облекла в слова то, что я сам уже знал. Просто теперь локальная угроза разрослась до глобальной проблемы.
Алексей взял слово. Его лицо было невозмутимо — угрозу он воспринял как личный вызов.
— Я согласен с баронессой, — твердо произнес он. — Ждать, пока они нанесут удар, — глупость. Мы должны действовать на упреждение. Я подготовил несколько предложений.
Он пододвинул свой лист, на котором пункты были изложены по-военному четко.
— Первое. Немедленно усилить режим секретности. Капитану де ла Серда — чрезвычайные полномочия и ресурсы. Игнатовское должно стать настоящей крепостью, не только снаружи, но и изнутри.
Спорное предложение. Все и так на должном уровне. Ну да ладно.
— Второе. Ввести систему уровней доступа. То, над чем работает Андрей Константинович, — высший уровень. Полную картину проекта «Небесный Сокол» должны знать только трое: вы, он и я как координатор. Остальные — лишь исполнители.
Это уже лучше. Зачатки этого уже есть.
— Третье. Нельзя держать все яйца в одной корзине. Предлагаю немедленно начать программу рассредоточения: создать на Урале, под прикрытием заводов Демидова, дублирующую производственную базу. Перевести туда часть мастеров, наладить выпуск ключевых компонентов.
А вот это совсем хорошо. Но проблема в контроле. Кому доверить все это?
Он сделал паузу и добавил четвертый, самый неожиданный пункт.
— И последнее. Нам нужны люди. Я предлагаю создать при Компании закрытую школу. Набирать туда способных молодых дворян, верных Государю и Отечеству, а не только выгоде. Обучать их не только инженерному делу, но и управлению, чтобы в будущем они могли возглавить наши уральские мануфактуры и стать опорой Компании и трона.
Ну, обычная школа уже работает, можно же из них набирать, правда там совсем юнцы.
В целом, план был хорош. А четвертый пункт, с его сословным оттенком, копировал мои идеи и творчески их развивал. Алексей мыслил категориями будущего, пытаясь создать управленческую элиту.
Долгое время я молчал, глядя на два листа на столе. Анализ угрозы. И план противодействия. Мой «мозговой центр» сработал автономно, опережая меня.
