Видно было, что фотография совсем недавняя, спиральные кудряшки у Жени появились только этой весной. Да и одета она в летний сарафан, который появился в её гардеробе незадолго до командировки в Николаев. Татьяна внимательно рассмотрела фото, и поняла, что этот удачный снимок сделан на Невском, около Аничкова моста – вон и конь, почти укрощённый человеком, просматривается на заднем плане.
Значит, фотография сделана начётной стороне Невского проспекта, в районе дома 66. Что там сейчас? Раньше была «Книжная лавка писателей», вроде, она сохранилась. Стены дома совсем не видно, не попала в кадр, но похоже, что это именно то самое место.
Женьку сфотографировали в движении, как будто она быстро идёт на того, кто её снимает, а не позирует специально для фото. Может, снимал уличный фотограф? Недавно Татьяна с мужем попали в кадр на площади Восстания, но снимок у парнишки-фотографа получился неудачный, покупать не стали.
А вот Женя получилась отлично, поэтому она и взяла фотографию. Но домой не понесла. Кто же этот немолодой мужик на заднем плане? Непонятно, они вместе или это случайный прохожий попал в кадр?
Татьяна никому не стала показывать эту фотографию, решила сначала сама попытаться что-нибудь выяснить. Может ли этот снимок иметь отношение к убийству? Нечего тянуть, надо прямо сегодня, в обед, поехать на Невский. Это самое подходящее время для расследования.
Татьяна чувствовала, что все сотрудники отдела наблюдают друг за другом, все как-то нервничают, дёргаются и срываются по самым незначительным поводам.
Особенно настораживало поведение Нели. Она без всякой необходимости бегала то на стенд, то в подвал основного здания – как бы посмотреть, не привезли ли какие-нибудь продукты. До сих пор никакие продукты её совершенно не интересовали, даже в розыгрыше наборов она никогда не участвовала. Впрочем, она почти всегда была взвинченной на грани истерики.
Татьяна решила, что надо попытаться выяснить, что думают об этом событии другие. Но кого выбрать? Под подозрением все, кроме самой Татьяны (она-то про себя знала, что не убивала Женьку, а для остальных и она подозреваемая). Татьяна решила начать с Сергея.
Сергей казался ей самым маловероятным кандидатом на роль убийцы Жени. Высокий, широкоплечий, спокойный и рассудительный мужик. По сравнению со щупловатым очкариком Алексеем и кудрявым вертлявым болтуном Васькой он казался воплощением мужественности и надёжности. На работе звёзд с неба не хватал, но трудился до последнего времени вполне успешно, налаживая и дорабатывая сложное оборудование.
К тому же он был, как говорится, хороший семьянин. Даже слишком хороший. Жена вертела им, как хотела, капризничала и придумывала ему разные наказания за мелкие провинности. А он при этом только ещё больше старался заслужить её благосклонность, терпел все выходки и даже тиранию её младших сестёр, которых было целых три.
Работа для Серёги была отдушиной, но и тут семья постоянно держала его в напряжении: то «зайди чего-нибудь купи вкусненького к чаю, девочки пришли» – а чего он может в наше время купить? То «приходи пораньше, мне в парикмахерскую к пяти надо, посидишь с дочкой» – и ничего, что у него рабочий день до пяти.
И ведь почти каждый день что-нибудь придумывала жёнушка, фантазия у неё работала отлично. «Учиться у таких хитрых баб надо, как мужа возле себя удерживать», – думала Татьяна.
В отделе решили, что только безумная любовь к жене, каким-то образом сохранённая после шести или семи лет брака, может объяснить данное уникальное явление, которое представлял собой Сергей: здоровый, симпатичный и неглупый мужик – ручной подкаблучник. Женщины завидовали его жене, хотя и делали вид, что «такая тряпка, а не мужик», им и задаром не нужен.
Выбрав момент, когда они с Сергеем остались на стенде вдвоём у персоналки, Татьяна начала атаку:
– Слушай, Серёга, а что у вас там в командировке произошло? Женя мне говорила, что они с Нелей вроде бы поссорились, – довольно неуклюже завела она разговор.
«Да, плохой из меня следователь, надо бы было как-то издалека подобраться», – подумала она.
Но Сергей, похоже, и сам хотел с кем-нибудь обсудить ситуацию. Задумчиво почесав свой внушительный нос и повздыхав, он завёл рассказ.
– Да не то слово «поссорились», там такой скандал был, что я уже начал на Нельку подумывать, может, это она? Вот послушай.
Приехали мы, значит, в Николаев, трое мужиков и две девицы. Всех нас сразу в гостиницу заселили, места там были свободные. Женя и Неля поселились в разных комнатах с чужими тётками, но у Нельки соседка сразу уехала. Алексей занял отдельный номер, а мы с Васькой вдвоём в один номер вселились.
Ну, ты же понимаешь, сразу же решили «засёл» отметить, сбегали за бутылками и закуской, и девчонки стали в нашей с Васькой комнате стол накрывать. У нас места много было, в одноместных номерах меньше.
Женька шустро так каких-то бутербродов с консервами наделала, голодные все были уже жутко, а Нелька копается и копается. Ну, та у неё ножик отобрала да ещё что-то сказала типа «у тебя руки из задницы растут».
