— Её ещё не осудили, — возразила Кристина. — Пока что рано что-либо говорить.
Иоланду поместили в общую камеру, где находилось несколько женщин. Это были настоящие преступницы, которые не в первый раз попадали сюда. Они рассматривали новенькую, а Иоланда со страхом смотрела на них. Ей навстречу, поднялась мощная женщина в сером рваном платье. Она окинула Иоланду оценивающим взглядом и сказала хриплым голосом:
— А ну, разойдитесь! Хм… какая куколка. Ты не похожа на нас. Ручки белые, волосы ухоженные. Откуда ты взялась? Как тебя зовут? У нас тут нет имён. Клички, понимаешь? Здесь имена не нужны. Видишь, вон ту, в углу? Это Маркиза. Она просто задвинута на деньгах, вечно о них говорит. А вон ту зовут Червяком… Подними голову и слушай меня, — приказала страшная женщина. — Меня называют Умницей, потому что могут на меня рассчитывать. Конечно, если будут слушаться меня во всём. Ну, так как тебя зовут?
— Иоланда, — ответила девушка дрожащим голосом.
— Забудь это имя. Отныне ты будешь Куколкой. Да, эта кличка подходит тебе.
Иоланда побледнела и вдруг стала медленно сползать на пол. Все перенесённые потрясения оказались ей не под силу.
— Ты смотри, что она вытворяет, — удивилась Умница. — Эй, позовите охрану… Охрана! Ну её к чёрту, ещё помрёт…
Сильвия восприняла случившееся с Иоландой как подарок судьбы и поспешила навестить Сару.
— Я думала, что вы отнесётесь к этому с большим энтузиазмом, — сказала Сильвия Саре. — Ведь это означает, что мы навсегда избавимся от этой ужасной женщины.
— Я предпочитаю держаться подальше от всей этой мерзости. Ты просто меня ещё не знаешь, — заметила Сара. — У меня есть дела поважнее этого.
— Что может быть важнее? — удивилась Сильвия. — Ведь она продолжала встречаться с Хуаном Карлосом. Регулярно!..
— Откуда ты это знаешь? — спросила Сара.
— От моей клиентки Оливии Боргес. Она подруга Исабель Кабралес, матери убитого Эктора. Она мне всё рассказала.
— Да, Иоланда, ужасная женщина, — согласилась Сара — Сильвия, я прошу тебя, давай вместе нанесём визит Исабель. Она приходила ко мне спросить об Иоланде. Я рассказала ей всё, как есть, но, к сожалению, это не помогло.
— Я не знала, что вы знакомы, — удивилась Сильвия. — Но неужели вы сомневаетесь в виновности Иоланды? Вы не забыли, что она уже стреляла в Гонсало?
— Да, согласилась Сара, — она на всё способна.
— Теперь она там, где должна быть, — улыбнулась Сильвия.
— Если бы Гонсало тогда обвинил её, она была бы там уже давно, — задумчиво сказала Сара.
Потерявшую сознание Иоланду отнесли в тюремный госпиталь.
— Где я? — спросила она, придя в себя.
— Не волнуйся, — отозвался врач, стоящий у её кровати. — Это тюремная больница. Я доктор Домиан. Ты почувствовала себя плохо, и тебя доставили сюда. Я просмотрел твою медицинскую карту и результаты анализов. Ты беременна?
— Да, — смущённо кивнула головой Иоланда.
— Хоть у тебя и нет мужа, но такое случается нередко, — мягко сказал врач. — Как ты сюда попала? Ты не похожа на других.
— Меня обвиняют в том, чего я не совершала.
— Ладно, я ведь просто врач и в полиции не работаю. Тебе надо расслабиться. Где отец твоего ребёнка?
— Какое это имеет значение! — воскликнула Иоланда.
— Как хочешь, но тебе всё равно придётся признаться в этом.
— Я не хочу возвращаться в камеру, — испуганно сказала Иоланда.
— Но это неизбежно, — возразил врач.
— Там эти ужасные женщины. Я не вынесу этого.
Врач внимательно посмотрел на Иоланду:
— Хорошо, я помогу тебе остаться здесь. Ты беременна, это веская причина. Сам не знаю, почему я решил тебе помочь, просто ты не похожа на остальных. Но есть одно условие: я запрещаю тебе вставать. Если кто-нибудь увидит, что ты разгуливаешь, у меня могут быть большие неприятности.
— Спасибо вам, — прошептала Иоланда. — Вы так великодушны.
— Самое главное, Иоланда, чтобы ты даже здесь не теряла присутствия духа. Я могу, насколько это, возможно, обрадовать тебя: у тебя будет самый лучший адвокат в городе. Это значит, что почти наверняка тебя оправдают.
— Доктор, вы так добры ко мне, не могли бы вы позвонить одной хорошей женщине и передать, что я здорова и верю в то, что скоро покину это место? — Иоланда умоляюще посмотрела на него.
— Иоланда, — улыбнулся врач. — Я уверен, что ты скоро будешь на свободе, зато меня посадят за соучастие. Ладно, давай номер телефона.
Особенно сильно Хуан Карлос страдал от того, что не мог ничего сделать для освобождения Иоланды. Он прекрасно понимал, что адвокат прав и необдуманные действия могут только повредить. Поэтому он искренне обрадовался визиту Дианы.
— Я с тобой, Хуан Карлос, — сказала Диана. — И в радости, и в горе. Что я могу сделать для тебя, для Иоланды?
— Всё, что уже сделала. — Хуан Карлос посмотрел на неё с благодарностью. — Ты можешь выслушать меня. Спасибо. Это самое главное.
— Я не верю в её виновность, — сказала Диана.
— Я тоже. Это какой-то рок.
— Это не рок, а просто очередное испытание вашей любви. Счастье, что у тебя есть такая любовь, за которую стоит бороться. Счастье, что у тебя есть верные друзья.
— Спасибо. Благодаря тебе я не чувствую себя одиноким.
