— Некоторое время назад, — начала Сильвия, — я была на свадьбе сеньора Гонсало Идальго, дель Кастильо, брата доктора Идальго. Накануне в отдалённом бунгало произошёл странный инцидент. Там сеньор Гонсало встретился с Иоландой Лухан, и встреча эта закончилась пулевым ранением Гонсало. Проанализировав происшедшее, я пришла к выводу, что это связано с беременностью обвиняемой. Она поссорилась с Гонсало, который на другой день должен был жениться, и выстрелила в него.
— Ваша честь, — подал голос адвокат, — у полиции есть сведения об этом деле? Какие-то обвинения в адрес моей подзащитной?
— Нет, — ответил судья. — В полицейских сводках города этот инцидент не значится.
— Я считаю, что заявление Сильвии Михарес продиктовано исключительно личными интересами, — пожал плечами адвокат.
— Но я здесь, чтобы помочь правосудию! — вскричала Сильвия.
— Сеньорита, — строго сказал судья, — мы собрались здесь не для того, чтобы обсуждать ваши личные дела. Вы свободны. Прошу обвинителя и защитника огласить свои выводы.
— Сеньоры, — начал обвинитель, — опираясь только на факты, я пришёл к выводу, что сеньорита Лухан виновна в преступлении, в котором она обвиняется, и поэтому прошу вынести ей наказание в двадцать пять лет лишения свободы.
— Защитник, прошу вас, — обратился судья к адвокату.
— После изучения всех материалов следствия и опираясь на показания свидетелей, — сказал адвокат, — я пришёл к выводу, что моя подзащитная невиновна в данном преступлении. Было бы несправедливо осудить эту добропорядочную женщину, тем более, что настоящий убийца до сих пор неизвестен. Поэтому я прошу суд вынести ей оправдательный приговор.
— Суд удаляется на совещание, — объявил судья.
Совещание продолжалось около часа. В течение этого времени Иоланда не находила себе места. Но вот судьи возвратились в зал заседаний. В полной тишине председатель суда неторопливо поправил парик и торжественным голосом принялся читать приговор:
— В соответствии с законом и принимая во внимание все факты, предоставленные обеими сторонами, а также учитывая отсутствие прежних судимостей, судейская коллегия вынесла свой вердикт. Исходя из справедливости и опираясь на закон, подсудимая Иоланда Лухан признаётся виновной в убийстве Эктора Кастелло. Но учитывая, что она действовала в состоянии сильного возбуждения, подсудимая приговаривается к восьми годам лишения свободы…
Мир перед глазами Иоланды покачнулся и унёсся куда-то в сторону. Лишившись чувств, она упала на скамью.
Иоланду вынесли из зала. Хуан Карлос в качестве врача последовал за ней. Оливия бросилась к обвинителю:
— Всего восемь лет! Какая насмешка! Через восемь лет убийца вновь будет разгуливать по городу, тогда как мать больше никогда не увидит сына.
— Сеньора, — поморщившись, ответил обвинитель, — процесс закончен. Суд вынес решение, и оно обжалованию не подлежит.
— Этого нельзя так оставить, — продолжала горячиться Оливия.
— Какое это имеет значение, — устало произнесла Исабель. — Эктора всё равно не вернуть.
Обвинитель постарался избавиться от общества Оливии и подошёл к адвокату Ринальди.
— Ну, что ты думаешь по этому поводу? — спросил он.
— Я разочарован, — признался адвокат, — но другого решения я и не ожидал. Пока, по крайней мере.
— Должен признаться, что я тоже не удовлетворён. У меня остались сомнения, и, зная тебя, я думаю, что это дело ещё не завершено.
— Она невиновна, и я докажу это, — ответил адвокат Ринальди.
Гонсало из зала суда тотчас направился домой, где его ожидали Сара и Адриан.
— Ну, что ж, — сказал он с довольным видом, — вот и закончилась история любви моего брата и Иоланды. Она теперь выйдет только через восемь лет. Я думаю, за это время Хуан Карлос уже остынет к ней.
— Меня волнует её ребёнок, — призналась Сара.
— Бабушка, всему своё время. Хуан Карлос сам поймёт, что лучшее место для него здесь.
— Вы забываете Магду, — напомнил Адриан.
— Да, она стала чрезвычайно агрессивной, — согласился Гонсало. — Но тут нам придётся немного подождать. Я знаю, что говорю. Ладно, Адриан, я пойду, переоденусь, и мы поедем в офис. Хорошо?
— Да, конечно. Я пока составлю компанию Саре.
— Не могла дождаться тебя, — сказала Сара, когда Гонсало покинул гостиную. — Она что-нибудь сказала?
— Нет, — успокоил её Адриан. — Она ничего не сказала про твою тайну. Видишь, ты напрасно волновалась.
— Я так боялась, что она всех нас потянет за собой… Она так презирает и ненавидит Гонсало. Эти её анонимные письма…
— Вам письмо, сеньора, — сказала вошедшая Матильда.
Сара побледнела и дрожащей рукой вскрыла конверт. Прочитав письмо, она прошептала:
— Боже, это невозможно…
— Опять? — воскликнул Адриан. — Что я тебе говорил! Эти письма не дело рук Иоланды. Она в тюрьме, и ей не до этого.
— Но кто? — простонала Сара. — Кто это может быть?
— Какие сейчас условия?
— Те же самые.
— Я с самого начала посоветовал тебе обратиться в полицию.
— Но я была уверена, что это Иоланда…
— Я больше подозреваю Вирхинию, — сказал Адриан.
— Вирхинию? — переспросила Сара. — Нет, вряд ли. Она не стала бы ждать столько лет. Но кто же тогда?…
