Лера и Данил каждое утро встречаются на перроне и оба ощущают возникшую между ними связь. Вот только ни он, ни она не спешат сделать первый шаг к знакомству. А потом приходит беда, и только настоящее чудо сможет помочь. И самое сложное, оказывается, не найти волшебника, а поверить, что волшебство существует.
— Почему ты решила провести бал именно в этом городе? Здесь холодно, и этот снег никак не закончится… Ирвин жалуется, что приходится тратить много сил, чтобы замок окончательно не завалило.
— Он прибедняется. Ирвин намного сильнее, чем хочет казаться, и это снег для него — пустяк. А почему здесь… Помнишь тот бал, на котором мы встретились?
— Как я могу его забыть?
— Тогда тоже шел снег и было холодно… Такая погода пробуждает во мне воспоминания…
— Ну раз тебе нравится снег, ладно. Но город… Он мне определённо не нравится. Слишком серый и скучный.
— Значит, есть повод сделать его ярче и интереснее. А ещё… Ирвин нашёл здесь тех, кому нужна наша помощь.
— Почему он мне ничего не сказал?
— Потому что в этот раз всё очень необычно. Ты сам увидишь. А пока… Пора начать приготовления! Чур, в этом году я буду в сиреневом!
Лера
— Ненавижу! Как же я их ненавижу, курицы безмозглые!
Я бегом неслась по лестнице с седьмого этажа общежития, так как ждать лифт просто не было времени. Я опаздывала! По-настоящему опаздывала! И не просто на лекцию, а на семинар по социальной психологии! Опоздание на который практически означает несданный зачет в конце семестра! Этого нельзя допустить, ни в коем случае нельзя! Все первокурсники нашего факультета с первого дня учёбы слышали страшные байки про тех, кого отчислили из-за этой самой психологии, которую практически невозможно сдать хотя бы на четвёрку. А если пропустишь хоть один семинар, то можно даже и не пытаться.
Поэтому я вчера весь вечер просидела над учебниками, готовясь к этому семинару. Вернее, пыталась готовиться. Вот только моим соседкам до семинара, да и вообще до учёбы, не было никакого дела. Они поступили в вуз и на этом считали свою миссию выполненной. Учиться обе даже не собирались. И вчера весь вечер развлекались в нашей общей комнате в компании каких-то парней. Как только провели их в общагу? Впрочем, наушники с любимой музыкой на голову — и плевать мне, чем они там занимаются. Но вот обнаружить утром полностью разряженный телефон, на котором был установлен будильник, с выдернутой зарядкой, которую я абсолютно точно подключала перед сном — этого я им не прощу! Но с этим позже! Сейчас главное — успеть! Еще есть шанс, если не опоздаю на электричку. Обычно я езжу на предыдущей, на полчаса раньше. Не люблю спешку и суету, предпочитаю приходить на занятия с запасом по времени. Настроиться на учёбу, подготовиться. Но сегодня надо хотя бы просто успеть зайти в аудиторию до преподавателя.
Забегаю на перрон и испуганно оглядываюсь. Народу очень мало, несколько человек. Неужели опоздала? Нет, вдалеке послышался знакомый сигнал приближающегося поезда. Видимо, большинство ездит, как и я, пораньше.
Ещё раз внимательно оглядываю перрон, понимая, что неосознанно надеюсь увидеть высокую фигуру в кожаной куртке со смешно торчащими вверх волосами. Но его нет, и я, подавив разочарованный вздох, протискиваюсь в вагон.
Я точно помню тот день, когда увидела его впервые. Был конец октября, шел первый снег, сыпал не переставая, укрывая землю, рельсы, людей. Все, стоящие на перроне, кутались в шарфы и шапки, а он стоял с непокрытой головой так, словно ему ни капли не холодно. Снежинки лежали на его непослушных волосах, и мне тогда ужасно захотелось подойти и стряхнуть их. А еще закутать его теплым шарфом. И встать рядом. Наверное, я думала об этом очень усиленно, потому что парень тогда посмотрел на меня и улыбнулся. Словно прочитал мои мысли. Конечно, я тут же сделала вид, что смотрю совершенно в другую сторону, но когда мы сели в вагон, я всю дорогу наблюдала, чтобы не упустить, когда он выйдет. Нет, я совсем не собиралась идти следом, просто… Было любопытно. С тех пор мы стали встречаться на перроне почти каждый день. И это уже вошло в привычку — поднявшись по ступеням, первым делом найти в толпе знакомую фигуру и улыбнуться самой себе. Он здесь, и значит, все будет в порядке.
Вообще я очень сложно схожусь с людьми. Наверное, это из-за того, что рано осталась одна. Родителей своих я совсем не помню. Всю свою сознательную жизнь я провела в детском доме, не особо стремясь попасть на усыновление. Наоборот, всеми силами этому противилась, даже саботировала пару попыток устроить меня в семью. Почему я не хотела покидать детдом? Потому что там находился единственный в мире человек, который меня понимал. Во всяком случае, тогда я была в этом совершенно уверена. Наш психолог Надежда Павловна, та, что увидела в диковатой, необщительной девочке, которую другие педагоги считали умственно отсталой, способности к учебе и тягу к знаниям. Благодаря её усилиям меня перевели из коррекционной в обычную школу, благодаря ее помощи я смогла сдать экзамены и поступить в вуз. Для проблемной девочки из детского дома это было почти невозможно.