Уже позже, в разговоре с Максом мы узнаем, что все женщины его народа «страдают» тем же недугом: в молодости каждая из них могла бы претендовать на титул королевы красоты, а к старости лица непостижимо меняются. Вообще-то старость никого не красит, и славянских женщин в том числе. Но если в России легко повстречать на улицах красивых зрелых женщин и даже красивых бабушек, то у дамар подобное явление исключено. Юных красавиц полным-полно, а вот зрелых – нет совсем. С возрастом у дамарских женщин раздуваются и утолщаются носы, переносица слегка западает, очень четко и грубо прорисовываются носогубные складки. Лицо не
округляется, а, скорее, приобретает форму квадрата, в районе лба скапливается жир. Зато морщин нет совсем! Почему так происходит – не известно. Во всяком случае нам.
Кстати, такие трансформации характерны именно для готтентотов. У химба и гереро возрастные трансформации и изменения внешности не так заметны. И мы в этом совсем скоро убедимся, когда вырвемся из поднадоевшего уже Виндука на бескрайние дороги Намибии.
Глава 3. Приключения начинаются. Долгая дорога в дюнах.
Время неумолимо приближалось к ночи. Трудный, долгий и предельно насыщенный нервотрепкой день катился к своему ритуальному завершению, к закату. Вот еще чуть-чуть и солнце окончательно скроется за горизонтом, оставив на ночном серпантине намибийского тракта три одиноких джипа, три серых от пыли механических носорога, упорно продвигающихся в клубах дорожной пыли куда-то на запад, от центра материка к океану.
Этот день начался для всех нас еще до восхода солнца, и уже через двенадцать часов мы были в таком состоянии, о котором наши славянские предки говорили: «укатали Сивку крутые горки». Не выспавшийся Макс, выслушивая наши противоречивые указания, тяжело зевал и тоскливо поглядывал на зеленоватый циферблат наручных часов:
– Инна, в аэропорту в пять утра делать нечего! Первый самолет из Йоханесбурга прилетает только в девять.
– А может они из другого города прилетят…
– Из какого?
– Найдут, из какого. Ты просто наших ребят не знаешь! Так что, Макс, не нуди! Ты уже все равно проснулся! Приедем в порт, выпьем кофе, потом ты отвезешь ребят в «Аско» и пока они будут оформлять машины, покатаешься с Андреем по городу, быстренько купишь все необходимое – и снова за нами в аэропорт. Пока наши прилетят, пока пройдут таможню, будет уже десять, и ты как раз успеешь вернуться.
– Но магазины только в десять открываются. Где я буду катать Андрея, а, главное, зачем?! К тому же, сегодня суббота, семейный день. В магазинах жуткие очереди, люди приезжают в столицу за покупками со всей провинции. Да мы там проторчим до вечера!
–Ничего! Русских людей очередями не испугаешь. Андрюшка наверняка что-нибудь придумает.
– Да, согласен, но только после завтрака! Пока я не поем, мой КПД равен нолю, – позевывая, согласился Костянов.
Женя, Влад и Инна Трояновская, зябко кутаясь в толстовки, жались у входа в отель. Градусник, прибитый на входной двери, показывал плюс шестнадцать градусов. Вот тебе и жаркая Африка!
После бессмысленных и ленивых препирательств, Макс вызвал еще одно такси, и мы всей толпой отправились в Хозеак Котако – главный воздушный порт Намибии, расположенный в пятидесяти километрах от столицы.
– Ой, жирафики! – восторженно закричала Инка-младшая, едва машины выехали за черту города.
– Ой, эсэмэска! – в тон ей повторила Инка-старшая, так как на ее мобильный в этот момент пришло сообщение от юаровских скитальцев, оптимистичное и разочаровывающее одновременно: «После тяжелой, продолжительной осады билетных касс всех авиакомпаний в
Йоханесбурге, Костя проявил чудеса дипломатии, очаровал немку на регистрации. Его рассказ о большом потенциале для укрепления дружбы России и Германии путём срочной отправки нашей группы в Намибию был очень красноречив! В качестве моральной компенсации за ущерб во второй мировой войне и залога развития добрососедских отношений, Костя потребовал у Люфтганзы внеочередных билетов на ближайший рейс. Его доводы сочли убедительными. Вылетаем в 13-00!»
– Вот черти! – невольно улыбнулся Петрович и потянулся к телефону, – Влад! Скажи своему таксисту, что мы возвращаемся в город. Наши прилетят только в три часа. Держим путь в сторону центра. Попробуем оперативно арендовать джипы….
– Это утопия, Петрович! В Африке слово «оперативно» не поймет ни один человек!....
***
И вот, спустя двенадцать часов после подъема, все как один не выспавшиеся (и те, кто ночевал в Виндхуке, и те, кто коротал ночь в ЮАР), взвинченные до предела африканской ленивой нерасторопностью, ажиотажной суматохой выходного дня в муравейнике-Виндхуке, на укомплектованных под завязку экспедиционных машинах, мы движемся к первой цели путешествия – легендарным дюнам Соссусвлея пустыни Намиб.
