Упоминание печальной судьбы женской половины семейства Робба, вызвало у путника вспышку ярости. Не став больше прятаться, он рывком вскочил на ноги и одним прыжком оказался возле бандитов. Те спьяну, уставились на непонятно откуда появившегося незнакомца, пытаясь понять, это им мерещится или нет. Они не успели и рта раскрыть, когда Станислав последовательно ударил наконечником бойка, сначала одного, потом второго. Сухой треск расколовшихся черепов и звуки падения тел утонули во взрыве многоголосого хохота, донесшегося с вершины холма, где собрались оставшиеся участники банды Ворона. Затаившись на мгновение, путник спустился к упавшим с холма телам. Отбросив забрызганное кровью орудие труда, он забрал себе их револьверы. Отщелкнув барабаны, и удостоверившись в том, что пистолеты шестизарядные и все патроны на местах, он убрал оружие за пояс и осторожно поднялся наверх.
Вершина каменистого холма больше напоминала круглое плато метров двенадцать в диаметре. Выглянув из-за склона, Стас увидел, что Шайка расположилась на его краю. Бандиты сидели кружком вокруг костра, над которым на большом вертеле жарилось мясо, только в отличие от убиенной ими семьи, напоминали свору собак, лающих друг на друга и судорожно заглатывающих перепавшие им от вожака куски пищи. Путник насчитал десять человек. Их лидер, Ворон, стоял над ними, прохаживаясь возле пламени, и курил толстую сигару. Он был высокий, широкоплечий, с кустистыми бакенбардами на выбритом лице. Его бежевый плащ-пыльник, развивался во все стороны, норовя попасть в костер, но бандита это, похоже, не волновало.
– Как вам фокус со змей? – кричал он. – Жаль, что какой-то недоумок убил ее, а то сейчас бы насмехались над трупом той девки. Я вам скажу, от их яда так раздувает, она бы сейчас выглядела как беременная медведица.
От нового разряда пьяного смеха, странника передернуло. Его взгляд привлекла горка чего-то бесформенного, рядом с гуляющей шайкой, всмотревшись, Стас ахнул, осознав, что увидел. Это оказались тела женщин караванщиков. Нагие, включая маленькую девочку. Вспомнились слова убитых им бандитов. У путника самопроизвольно сжались кулаки. Хотелось покарать всех присутствующих уродов, потерявших человеческий облик. На другой стороне плато, ближе к путнику, стояли привязанные к колышкам, вбитым в твердую землю, лошади. Их почему-то всего пятеро, хотя каждая повозка разгромленного каравана была запряжена парой жеребцов. Хотя, судя по тому, какой пир устроили головорезы, догадаться о судьбе потерянного животного несложно.
Осторожно выбравшись из-за склона, странник пополз к лошадям. В этот момент со стороны бандитов последовала очередная вспышка смеха. Припав к земле, Стас посмотрел в их направлении. Ворон показывал своим подельникам дымящуюся сигару, которую минуту назад курил.
– Думайте, это просто дым? Как бы ни так! Смотрите!
Главарь шайки глубоко затянулся и с силой выдохнул дым на одного из сидящих у костра бандитов. Тот повалился на землю, раскинув руки. Остальные дружно захохотали.
– Бойтесь Ворона! У него даже дурь убивает! – сказал кто-то, что привело к новому приступу гомерического хохота.
– А у меня есть еще одна, – сказал предводитель шайки, продемонстрировал целую сигару, но быстро спрятал ее в карман пыльника. – Эта для особых случаев.
Удостоверившись, что его действия остались незамеченными, путник вновь пополз к лошадям. Животные при виде человека, скрытно приближающегося к ним, забеспокоились, но неистово ржать и вставать на дыбы не стали. Оказавшись рядом, Стас пошикал им и потрепав по гривам ближайших к нему гнедых, успокаивая их, склонился над колышками. Заостренные металлические штыри, к которым были привязаны животные очень хорошо сидели в каменистом грунте. Страннику пришлось изрядно попотеть, чтобы вытащить хотя бы один. Проделывая следующие манипуляции, он находился под прикрытием лошадей, поэтому особо не прятался. Гуляющие бандиты, возомнившие себя безнаказанными хозяевами пустыни, даже не смотрели в сторону находящихся на привязи трофеев.
– Гордыня всегда предшествует падению, – сказал путник, вытащив последний кол. – А теперь, мои дорогие, настало время отомстить за хозяев.
Подняв револьвер над головами лошадей, он нажал на спуск. Одинокий выстрел в ночной тиши прозвучал как гром, среди ясного неба. Бандиты сразу замолчали, однако, ненадолго. Веселые пьяные вопли сменились криками и длинными ругательствами, когда из темноты на них выбежали пять лошадей. Двоих головорезов сшибли сразу, промчавшись мимо костра, перепрыгивая его, один спьяну свалился в пламя, быстро охватившее его. Оказавшиеся на свободе гнедые, покинули холм, оставив за собой поредевшую шайку. Ворон пристрелил агонизирующего, превратившегося в факел, подельника, и быстро привел оставшихся в боевую готовность.
– Это вам за Робба и его семью! – закричал Станислав.
